Мир Стражей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Стражей » [Зеркало Апокалипсиса] » Во имя любви


Во имя любви

Сообщений 61 страница 74 из 74

61

Камера Арея
Арей вновь не стал юродствовать или, строя из себя героя, играть с огнём, осыпая импульсивного Дахочку ругательствами и издёвками, за что тёмный мог только поблагодарить его. Нет, конечно, на насмешки мужчине было наплевать, равно как и вообще в принципе на мнение Бывшего Первого Мечника Мрака. Дело в другом - Король Страха решил наладить, наконец, отношение с буйным бароном мрака и не в последнюю очередь на мысль об этом повлияло имя того, кто хотел держать его в заточении. Лигул. "Враг моего врага - мой друг" - этот принцип проповедовал Дахтрансмайтер Второй. Тем более что к Арею никогда ненависти не питал, в отличие от внука. А решение разногласий, сложившихся из-за ситуации с Мефодием и Дафной, можно отложить и на потом.
Продолжая держать дарх на острие кинжала, Дахтрансмайтер лениво смотрел на опального руководителя Русской резиденции мрака. Мыслей о том, что можно потребовать от пленника, было столь много, что ни за одну Дедуле не удавалось зацепиться. Как только гас вдали хвостик одной, возникало неподалёку сияние новой.
- Неужели? Ты ведь наставник Мефодия, - наконец, усмехаясь, произнёс Дах. - Я уверен, у тебя может найтись о нём то, что нужно мне. Или, может, поговорим об этой светлой, бывшей Буслаева? Кстати, поздравляю вас со свадьбой от всей души! Может быть, ты попробуешь удивить меня и сообщить что-то важное для меня об этой свадьбе, чего я ещё не знаю?

+1

62

Камера Арея
Не мигая, Арей следил пристальным взглядом за дархом, раскачивающимся туда-сюда... Туда-сюда... Если бы не решетка, отделявшая его от Короля Страха, Арей давно бы вцепился старикану в горло, рискуя даже повредить свой дарх в пылу яростной борьбы. Видеть эту самодовольную, глумящуюся физиономию было невыносимо. И если в начале их беседы в глубине души Арея еще теплилась надежда на благополучное завершение их преговоров (под благополучным завершением Арей, разумеется, подразумавал возврат ему дарха), то теперь эта надежда растаяла легким дымком, не оставив после себя и следа...
А Дахтрансмайтер явно чувствовал себя хозяином положения -несмотря на тот признак легкой паники, то и дело проскальзывающий в змеиных глазах. Он словно не слушал Арея, а если и слышал, то выхватывал из речи самое дорогое... Самое больное... Вот и теперь прозвучало оно - ДАФНА! Вечный укор Арея. Девочка, по его вине навечно загнанная во Мрак. Девочка, которую он сулился опекать и защищать  - и которую собственноручно отдал в лапы проклятого горбуна. И даже стремление спасти Мефодия не оправдывает его, Арея, поступков...
- Дафна - это мое личное дело,-глухо ответил Арей, едва  сдерживаясь, чтобы не завопить в полный  голос.-Я могу сказать тебе только одно. Наш брак законен. Счастлив... Почти. Браку трудно быть счастливым, когда МОЛОДОЙ новобрачный проводит все свободное время в заточении -то у Лигула, то у тебя. И что ж у вас, у Дахтрансмайтеров, привычка совать свои длинные носы в мою личную жизнь?
Последняя фраза вырвалась у Арея помимо его воли. Вот уже две тысячи лет он не вспоминал о той давней истории. Да, почти две тысячи лет  назад он встретил девушку, ставшую его первой и действительно подлинной любовью. Любовью тягостной, безумной. окрашенной привкусом крови и запахом пожарищ.  Любовью, в которой, словно  в зеркале, отразилась его жена - как две капли воды похожая на ту, потерянную...

+4

63

Камера Арея
Слова Арея, прозвучавшие глухим голосом, таким, который, кажется, вот-вот взорвётся криком, подтвердили выдвинутую Дахом версию, что мечник ещё не знает о сфабрикованности брачного документа и фиктивности самого брака. Лигул, разумеется, говорить правду "заклятому другу" не захотел - ему выгоднее, чтобы чувство вины разъедало того, как ржавчина проедает металл. И хоть Арей и говорил о "счастливости" своей женитьбы, даже самый не наблюдательный мог заметить лживость этих слов и тяжкий груз, словно стоявший за каждой высказанной строчкой.
- Неужто счастлив? А как же Мефодий, твой ученик, практически - твоё продолжение, твой "сын"? Или горечь утраты его душу не разрывает на куски? - не удержался от того, чтобы не подбавить ещё яду, Дахтрансмайтер Второй. - Может, тебе так нравится подбирать за ученичком объедки?
Повинуясь уязвляющим порывам Короля Страха, нож выбросился вперёд, независимо от державшей рукоять длани хозяина, и дарх, порвав зазубринами цепочку, соскочил с острия и звякнул о прутья решётки. Теперь он лежал около неё в опасной близости от Арея, периодически приходя в движение и извиваясь в тщетном стремлении прорваться через защиту клетки. Дахтрансмайтер, едва не поддавшись влиянию переливов граней сосульки, искоса наблюдал за тем, как паразит пытается добраться до своего "папочки", и ему впервые стало не по себе. Страж, который потерял дарх, жалок, и даже Первый Мечник Мрака не мог скрыть свою жалкость.
Последние брошенные Ареем слова пробудили полузабытые воспоминания Дахтрансмайтера Второго. Однако страж не может стереть даже самое незначительное мгновение прошлого в своей голове, как бы ни хотел, и потускневшие от времени краски вновь стали яркими, как в тот день, когда всё произошло. Саму историю тёмный страж не знал, только участвовал в её финале. Лишь двум лицам была известна полная версия событий: Дахтрансмайтеру Чет... нет, тогда ещё Люциусу, который, при воспоминаниях о ней, освещался загадочной улыбкой и Арею.
- Это мы-то постоянно вмешиваемся в чужую личную жизнь? - удивлённо вопросил Король Страха. - Ты забыл одну историю, которая была не о тебе и не про тебя, но в которую ты бесстыдно влез, разрушив в очередной раз то, что создал мой Внук. Подозреваю, что тогда ты понимал, что находишься в шаге от гибели, ведь сам Владыка занёс над тобой клинок правосудия...
История запомнила даже год - 100 нашей эры. Через три месяца мечника, бесправно бесцеремонно забравшего добычу Внука, поймали. А через неделю, когда по некоторым обстоятельств отпустили, Арея вызвал к себе Кводнон. На следующий же день после освобождения воина из застенок.
В тот памятный день, кроме самого Двуликого, собрались трое из четырёх любимчиков Повелителя Мрака. Один из них, Арей, сидел, нахмурившись, не притронувшись даже к еде, только вяло потягивая из бокала вино. Несмотря на то, что одной ночи хватило ему для залечивания ран, иссечённым оставалось лицо, да и ходил теперь вояка прихрамывая.
Другой, Спуриус, единственный пребывал в весёлом настроении. Этот красивый прощелыга умудрялся угождать всем, не пытаясь угодить при этом. Он настолько был удобен всем умелым подчеркиванием хороших качеств даже самых жалких стражей, своей обаятельностью, что быстро заимел себе отряд лизоблюдов. Они только за тем и приставали к Спуриусу, чтобы прослушать его длинную и витиеватую речь о собственных достоинствах и о том, какое высокое положение могут занять - речь красавца действовала чисто магически.
И ладно бы продолжал со своими фанатами и дальше гулять! Но однажды Дахтрансмайтер Второй застал его в компании Двуликого Кводнона. Спуриус что-то весело рассказывал Владыке, а тот хохотал так, что начинали трястись стены, а слёзы, капавшие на пол, проедали пол. Нет, на что замахнулся! Смешить Повелителя имел право только он, только ОН!!! Ну и разве могли плебейские, плоские шутки эпатажно напяливавшего на себя женские лисьи шубки придурка сравниться с тонким чёрным юмором самого Дахтрансмайтера Второго! А теперь Кводнон ржал над глупым приколом Спуриуса так, как не ржал тот даже тогда, когда пожаловал в пыточную... В то время Двуликий решил проинспектировать все, так сказать, "государственные" учреждения и начал со святая святых... Тогда Кводнон заодно захотел посетить пленников, и выбор пал сразу на разлегшегося амёбой светлого прямо на полу. На вопрос Двуликого "Что с этим?" Дах незамедлительно ответил: "Да он бесхребетный" И когда Владыка потребовал объяснить, тартарский маньяк молча указал на спину бедолаги. Оказывается, ему специально удалили хребет, и приказал это сделать самолично Дахтрансмайтер Второй - только чтобы посмешить начальника. И это удалось - смех прорвался из обоих и затопил запёкшееся в своей крови жаркое помещение, в котором раньше удовлетворенно хохотал разве что сам Пыточных Дел Мастер...
Былые времена вышибли из задумчивого третьего любимчика, Дахочки Второго, слезу ностальгии. Отчего-то отношения с Двуликим становились более официальными и сухими. Несмотря на то, что Дах всё ещё считался его Правой Рукой, этот бледный смазливый молокосос начал подвигать Короля Страха с прежнего места. С другой стороны умный и расчётливый потомок Апокалипсиса понимал, что никаких любимчиков у Двуликого нет на самом деле, лишь те, кто его забавляют чем-то, или кажутся полезными, поэтому и думал, что, раз Спуриус толком ничего полезного не делает, поразвлечёт Кводнона ещё пару столетий, а потом его благополучно скинут в ту яму, откуда он приполз, как надоест. Но кто бы знал будущее...
По левую руку от Кводнона, расположившегося на конце стола, находился не унывающий Спуриус, который, впрочем, сейчас предпочитал молчать, оставляя мечника на растерзание правителю. По правую руку Дахтрансмайтер Второй хмуро обгладывал кость телёнка и бесстрастно взирал на Арея, сидевшего на другом конце стола. Место Лигула, подле Короля Страха, пустовало - четвёртый любимчик, угодливый чинуш Лигул, был отправлен несколько дней назад на разбирательство в очередном восстании в Тартаре, ведь всем известно, что бюрократы - самые изобретательные по части расправ.
Двуликий Кводнон сам не прикасался к еде, и разговор сразу не начинал. Какое-то время он просто проводил длинным ногтем по краю бокала, и только кашель Спуриуса будто оживил его.
- Что же ты не ешь, Арей? - вяло, не смотря на мечника, спросил Повелитель. - Аппетита нет? Я тут думал кое о чём... Напрасно дал ход вашим разборкам с Люциусом. Потерять его, тебя или кого-то другого из присутствующих - непозволительная роскошь. Вы слишком хороши, чтобы оказаться пылью под ногами.
Дахтрансмайтер Второй впервые улыбнулся. Милая ненавязчивая лесть - в духе кровавого диктатора, по жестокости превосходящего даже Мастера Пыточных Дел. Да и как не, пусть и подвигаемой со своего места, Правой Руке знать о главном принципе Кводнона "Незаменимых людей нет".
- И всё-таки мне непонятно, - Владыка позволил себе улыбнуться и отпить немного вина. - Несколько моментов. Интересно, как эта светлая сразу дала дёру в Эдем после того, как стражи Люциуса нашли твой дом? Почему ты не говорил Люциусу о бессмысленности его попыток заставить тебя выдать местоположение девчонки, если она уже вне нашей юрисдикции? И ещё, что более всего интересно, что это Люциус передумал, решил отпустить тебя перед моментом казни? Нет, я бы не позволил уничтожить любимейшего мечника мрака, но, кхм, это мягко говоря странно. А объяснения Люциуса мне кажутся несколько недостаточными, так что, сильно надеюсь, ты пояснишь этот момент...

+2

64

Камера Арея
Арей уже находился на грани безумия, когда его дарх, соскользнув с клинка, упал на пол и сделал робкую (и безуспешную, увы!) попытку прорваться к хозяину. Оттого и слова Дахтрансмайтера про какие-то там объедки он пропустил мимо ушей. Зато великолепно расслышал упоминание о давнишней... Хм, размолвке между собой и Люциусом. 
- Создал твой внук? - фыркнул Арей, не сдержавшись. - Что же, скажи на милость, он создал? Захватил с моей помощью девчонку лет восемнадцати? Велика честь, немыслимо деяние! Оставил ее, запертую, на два дня без хлеба и воды- то ли забыл распорядиться, то ли начал учить покорности. Девка приглянулась мне. Точнее будет сказать - я ВОЗЖЕЛАЛ её. Два дня этот паскуда Люциус не переступал порога её комнаты; я решил, что раз девка ему без надобности - я вполне могу ей воспользоваться!
Он заученно  лгал, как лгал почти две тысячи лет; лгал больше по привычке-потому как и девушка та давно умерла, и Кводнон покинул мир живых... Дамоклов меч неотвратимого правосудия перестал висеть над Ареем ...
И все же он лгал...
Слова Дахтрансмайтера "Ведь сам Владыка занес над тобой клинок правосудия" еще больше разбередили ноющую рану, так и не зажившую за два тысячелетия.
Сам Владыка... Сам Владыка...
Немигающий взгляд пронизывающих, выворачивающих нутро глаз. Красное вино - как кровь!-текущее по бороде...
Арей, застигнутый врасплох, порывисто опускает глаза в тарелку. Он думал, что тема его БЕЗУМСТВ оказалась закрыта вчерашним утром, когда над ним, изувеченным, умирающим, склонился его тюремщик, его палач, его убийца Люциус и обронил небрежно: 
- Ты свободен... Увы. Сам Кводнон просил за тебя.
Тогда смысл слов Люциуса едва ли дошел до угасающего сознания. Сейчас, сутки спустя, когда разум вернулся  - вместе с умением логично мыслить, Арей задумался: а с чего бы Владыке просить за него? Кводнон всегда с равнодушием взирал на грызню своих вассалов. Один уничтожит другого? Туда слабаку и дорога!
Но теперь, кажется, Арей начал догадываться, с чего Кводнон проявил такое великодушие: разузнать всю подноготную странной истории, выжать Арея до дна - и затем, выдавив из него до дна подлинную версию происходящих событий-отдать на мучительную смерть за нарушение одного из непреложнейших законов Мрака!
- Девчонка дала деру в Эдем? - переспросил Арей, делая вид, что удивлен не меньше самого Владыки. - Да не может быть! - с горячностью возразил он. - Я активировал заклятье уничтожения! Ведь прекрасно понимал, что свободным мне из того дома не уйти... Не хотелось, как-то, чтобы этот паскудник Люциус завладел моей собственностью. Поэтому и держался до последнего, не говорил о ее гибели!-Арей ненатуральненько хихикнул. - Пусть бы гаденыш думал, что девка жива. Разыскивал бы ее по всему Тартару, по всей земле - а она давным-давно лежала бы в могиле! Она мертва, Повелитель, вы что-то путаете...
Мертва!

- Там... В третьем ящике... Сверху... Медальон... Телепорт... В Эдем... Прикасаешься к нему - и ты у своих...А я... Я иллюзию заклятья уничтожения создам... Комар носа не подточит...
- Что с тобой, ради Света - что с тобой?
- Люциус нашел меня... Это проклятие... Я и шагу теперь ступить не могу...  Что ты медлишь, глупая девка! Я сказал - в третьем... Что ты лезешь во второй?
- Второй, Арей, второй. Ты сам положил медальон туда, вернувшись из пещеры. Какое проклятие наложили на тебя, говорм быстрее! Я могу его снять?
- Единственное, что ты сейчас можешь... Можешь сделать для меня-бежать в Эдем... Быстрее... Погоди... Ты знала про телепорт?
- Знала.
- Тогда почему не бежала... Раньше?
- Неужели ты не догадываешься, глупенький?..
- Она мертва, Повелитель, - повторил Арей, чувствуя, как холодный пот струится по его изувеченному лицу...

+1

65

Камера Арея
Арей наблюдал за своим дархом, который находился буквально в метре от него, но добраться до которого мешала решётка, и потому пропустил короткую ремарку Дахтрансмайтера по поводу их "любовного треугольника": "Мефодий Буслаев-Арей-Дафна", который всё больше тяготел перерасти в квадрат, добавив в качестве четвёртой стороны ещё Прасковью. А вот о той давней истории даже захотел дискуссии...
По лицу мечника нельзя было угадать, всерьёз он это произносит или нет. Слова о том, что Арей просто "возжелал" пленницу звучали как минимум глупо. Что же, раз "возжелал" просто, водил её всё по лесам и горам, не задерживаясь дольше двенадцати часов на одном месте, бегал в течение двух месяцев от Люциуса загнанным волком? Ночки одной не хватило? И, ладно, даже если не хватило - неужто не понимал, что это совершенно бессмысленно и рано или поздно его поймают? Почему не бросил девку, а таскался с ней всё то время? Ответ был известен и Дахтрансмайтеру Четвёртому, и его Дедуле...
- Люциус? Паскуда? Да ты перехваливаешь моего внука, - усмехнулся страж, непрестанно дёргая головой, отчего жиденькие седые волосы постоянно топорщились. - Даже Кводнон понимал, что это было не просто "желанием". И только благодаря мне он не уничтожил тебя тогда. Ты ведь знаешь, что Владыка поручил мне следить за тобой и докладывать Ему о тебе при малейшем подозрении? Докладывай я ОБО ВСЁМ - ты бы давно стал частью мрака, а это участь, хуже которой сложно что-либо представить...

Арей говорил, то и дело опуская глаза в свою тарелку, опасаясь встречаться с очами Повелителя. Никто не мог вынести этого тяжёлого взгляда и не сознаться во всей лжи, которую повинный пытался залить в уши Великого.
Нервные подхихикивания мечника и струившийся по его лицу пот дополняли картину. Точно сказать было нельзя, боится ли тот так взгляда Кводнона из-за того, ЧТО пытается скрыть, или это обычное волнение. Но слова по-прежнему звучат неуверенно. Они словно лживые копии других слов, которые Арей просто не может сказать, так как для него они станут последними гвоздями, что заколотят собственный гроб.
Кводнон продолжал отхлёбывать вино. Спуриус потерял прежний весёлый настрой и совсем сник. Прощелыга не хочет быстрой смерти Арея, ведь тогда Повелитель найдёт другого, кого можно кинуть в яму с дерьмом, и не факт, что красавчик не окажется как раз этим другим. Только Дахтрансмайтер Второй с оттенком жалости в будто покрытых коркой льда глазах смотрит на заклятого врага Внука.
- Она мертва, Арей, ты прав, я тебя проверял, - вдруг заструилась ложь из уст улыбающегося Двуликого. - Пришлось пойти на это, но ведь я не мог обойтись без проверки. Разорвало во время перехода в Эдем, хотя непонятно - от твоего ли заклинания или случайная ошибка при телепортации... Без сомнения - это та девчонка. Не иллюзия, не двойник - нет, именно та самая светлая. Славно, что так случилось, правда? Ведь будь она жива - я говорил бы с тобой в несколько другом помещении.
И Спуриус, и Дахтрансмайтер Второй знали точно, что светлую не находили мёртвой, но виду, что Кводнон лжёт, не подали ничем. Похоже, дела для Арея обстояли куда хуже чем казалось, раз Повелитель решил соврать бывшему любимчику и ныне Главному Врагу Мрака...

+1

66

Камера Арея
Похоже, Дедуля и впрямь знал больше, чем полагалось знать уважающему себя стражу Мрака. Или блефует, делая вид, будто ему все известно. А что ему может быть известно?
... Крик молодой пленницы еще долго стоял в ушах Арея. Руки, протянутые в  мольбе, заполоняли сознание, стоило на чуток закрыть глаза. Арей и сам не понимал, что с ним творится. Мало ли молоденьких пленниц поставлял он ко двору Владыки? Кому они шли потом - Арея интересовало меньше всего. Свою часть добычи он получал исправно...
Вечер и ночь он провел за картами, стремясь в буйной игре изгладить из памяти и заломленные в мольбе руки, и надрывающий душу голос. Но воспоминания оставались...
Под утро он принялся бродить меж дымящихся руин; но даже запах пожарищ,в иное время действующий на Арея успокаивающе, тревожил...
...Когда Арей вернулся в казарму, решение было принято. Он украдет молодую пленницу из рук Люциуса - чего бы это ему ни стоило...
Что же знал Кводнон из той давнишней истории? Сам Владыка забыл как-то посвятить Арея в собственные планы. Важно одно: та искра любви, что зародилась в душе Арея, не ускользнула от его внимания...
- Мертва! - повторил мечник глухим голосом. - Мертва!
Его лицо вмиг превратилось в каменную маску; осатаневшие глаза, не мигая, смотрели на Кводнона. На какую-то секунду Арей позабыл об осторожности; в ту минуту ему было все равно, что с ним сделают за нарушение основного постулата мрака. Значение имело только одно. Ложь стала правдой. ОНА умерла...
Но как же... сон? Бред? Видение ? Сладкая явь или мечта, посетившая Арея в его отчаянном полубезумии в темнице Даха?
Последний или предпоследний день его пребывания в узилище. Нескончаемые пытки и надругательства; бесконечные допросы, перемежающиеся редкими минутами покоя. Полуобморочное состояние, близкое к смерти... И в этом одуряющем тумане безнадежности и безысходности вдруг на миг промелькнуло дорогое лицо. Нежная рука легла на изувеченный лоб, родные губы зашептали в самое ухо:
- Скоро все кончится, родной. Я купила тебе жизнь и свободу... Потерпи чуть-чуть. Но цена твоей свободы - молчание. Никто из Мрака никогда не должен узнать о той ночи, когда одуряюще пахли каштаны...
"Она умерла! - явственно звучит  в голове печальный голос. - То был бред... Горячечный бред умирающего..."
Пристальный взгляд Кводнона, устремленный на Арея. Сжавшийся в комочек в ожидании неминуемой расправы Спуриус. Цинично посмеивающийся Дахтрансмайтер...
- Я не смею лгать вам, Владыка, - слышит Арей словно со стороны чужой голос. Чужой? Но эти звуки, именуемые словами, произносит именно он, Арей.
Он сходит с ума от горя и безысходности. Он сходит с ума...

+1

67

Камера Арея
Молчание напоминало о том, что произошло много лет назад. Тогда не раздавалось даже звона бокалов, тогда как сейчас прерывали тишину вялые скрипы заржавелых петель дверей. Дахтрансмайтер Второй смотрел на задумавшегося Арея и размышлял, может ли быть в таком убийце свет? Не капля света, которая, вероятно, золотится даже в самом Короле Страха, а что-то большее...
Гробовое молчание и те же залёгшие складками морщины на лбу мечника как признак мыслительной деятельности. Только одно и повторяет как безмозглый зомби "Мертва" да "Мертва"...
Дах качнул бокал, и жидкость в нём завертелась водоворотом. В тот же омут попал и бывший любимчик Кводнона. Владыка словно дал ему шанс признаться в том, что никакого заклятия уничтожения произнесено не было. А там - можно и выкрутиться. Двуликий не глуп, его трудно провести, однако главное обвинение, в любви к живому существу, так и не было доказано. Если бы любил, так почему сразу в Эдем не отправил, почему мотался по лесам и горам, рискуя собой и ей? Но шансом Арей не воспользовался...
Кводнон поднялся из-за стола, и его твёрдая пятерня обрушилась на круп стола, отчего тот содрогнулся, как конь, воспитываемый всю жизнь кнутом, от внезапной ласки. Спуриус, решивший снять напряжённость бокалом вина, пролил его на свой манжет. Дахтрансмайтер едва качнулся.
- Я проверял тебе, давал шанс признаться, что ты не убил её, Арей... - прозвучал голос Кводнона с торжествующими нотками уличителя во лжи. - Она не мертва, как ты меня в этом уверял. Как ты это объяснишь?

Отредактировано Дахтрансмайтер Второй (2012-04-26 15:43:43)

+1

68

Камера Арея
Мощный кулак Кводнона обрушивается на дубовый стол; диво, как тот еще не разлетается вдребезги. В воздухе зала явственно пахнет грозой и долгими муками в пыточной-уж Арей-то давно привык к этому запаху!
- Вы не смеете обвинять меня! - кричит он в ответ на голословное обвинение, а сердце ухает - туда-сюда, вверх-вниз. Сейчас в нем живет лишь одно желание - спастись; ибо чем чревато малейшее подозрение в проявлении любви к светлому стражу в царстве вечной тьмы - Арей знает преотменно...
Жажда жизни вытесняет в нем другие эмоции; новость о спасении светлой проходит мимо ушей. Да и действительно-жива ли она? Кводнон, что-то подозревающий, явно ведет со своим БЫВШИМ любимчиком непонятную тому игру. Жива ли светлая или нет - Арей выяснит позже... Наверное. А сейчас одна мысль бьется в висках: СПАСТИСЬ!
- Вы не смеете обвинять меня!-истошный крик, переходящий в визг, гаснет под мрачными сводами зала.-Я произнес заклятье уничтожения. Если оно не сработало - или сработало не так - моя ли в этом вина? Этот гаденыш-Люциус наслал на меня проклятие, причиняющее немыслимую боль! Я думал лишь об одном: как бы не подохнуть от этой всепоглощающей боли. Пытались ли вы, повелитель, в таких условиях творить заклинания?
Он кричал и кричал, а сам, задним умом, понимал: нет, не выкрутиться. Один раз ему уже подфартило. Удалось убедить Владыку в чисто эгоистичном интересе, питаемом к молодой пленнице. Второй раз не повезет.  Судьба дарует шанс лишь единожды...
Две недели Арей с молодой пленницей скитались по земле, всячески заметая следы. Их путь лежал к пещере, где жил некий отшельник, обязанный Арею жизнью. кем он был раньше - светлым или темным, Арей особо не интересовался; зато прекрасно знал: у его должника имеется несколько редких артефактов. В том числе - персональный переходник в Эдем. По другим каналам переправить светлую на родину Арей не мог: все они, ввиду военных действий или были перекрыты, или находились под жесточайшим контролем сил Тьмы. 
Но чем ближе оказывалась цель их похода, тем беспокойнее становился Арей. Похитив девушку из-под носа сластолюбца-Люциуса, он не испытывал к ней никаких чувств, кроме жалости - и оттого желания спасти. Но чем дольше длилось их совместное бегство, тем сильнее разгоралось в душе Арея чувство иное, чувство запретное - любовь. Да, он любил это молодое, невинное дитя восемнадцати лет от роду. Любил настолько, что мечтал лишь об одном: находиться рядом с ней, слышать ее голос, гладить ее волосы. Потом пришло и желание... Но не обычная похоть; будь так, Арей не терзался бы сомнениями. Чувства и разум довлели в нем над инстинктами, присущими мужскому полу; постоянное пребывание под одной крышей со светлой превращалось в тягчайшую из мук. И все же он крепился, не желая причинять зла боготворимому существу. "Если однажды ты захочешь добровольно прийти ко мне -я с радостью приму тебя,"-думал он в ночной тиши. 
Этой ночью светлая спала, как и всегда, но  Арей, в привычку которого вошло в последнее время выпускать пар физическими упражнениями, занимался иным делом. Он писал. Писал Кводнону.
Разумеется, Арей не мог бы в одиночку противостоять всей системе под названием"Мрак". Рядом с Кводноном находился Ареев приятель, который и доносил мечнику о событиях, разворачивающихся вокруг трона. Последний его отчет был тревожен: Кводнон всерьез размышлял направить на поиски Арея свое войско, хотя ранее поиски вел исключительно Люциус. И Арей знал, в чем причина. ЕГО ПОДОЗРЕВАЮТ. Следовало разубедить Владыку. 
В письме Арей с придыханием расписывал свои чувства при виде пленной девушки, и желание, овладевшее им при виде молодой пленницы. Живописно расписывая бессонные ночи и попытки обуздать полонившую  его животную страсть, мечник конкретно объяснял, как он дошел до идеи выкрасть девушку из-пол носа Люциуса, чтобы вдали от чужих глаз предаться с ней безудержному разврату...
Он так увлекся, что не услышал сзади тихих шагов, а оглянулся - было уже поздно. Светлая прочла больше, чем ей полагалось.
А затем были слезы, перешедшие  истерику, перемежающиеся криками и срыванием с себя одежды: "Вот зачем я тебе нужна? Я думала, ты лучше их! А ты такой, как все! На, бери, пользуйся!"
Обычные средства успокения не помогали: пришлось применить магические. Погрузив девушку в сон, Арей  завернул нагое безжизненное тело в собственный плащ и отнес на кровать. Бедный глупый ребенок проспит не меньше суток, а когда придет в себя - ничего не будет помнить из произошедшего сегодняшней ночью. 
Несколько часов просидел Арей у постели спящей, а Свет и Мрак вели в его душе нескончаемый поединок. Наконец он поднялся и, сгорбившись, отправился дописывать письмо Великому Кводнону.
"Если однажды ты захочешь добровольно прийти ко мне -я с радостью приму тебя..."

+1

69

Камера Арея
Истерика Арея не стала неожиданностью для Дахтрансмайтера Второго. Судя по поведению прежде, что-то подобное должно было произойти - либо от волнения мечник не смог бы выговорить ни слова, либо оказался бы взбешён. Правда, взбешён скорее в кавычках... В действиях воина то тут, то там проявлялась фальшь. Кводнон не предъявлял обвинение, лениво глядя поверх своего бывшего любимчика и зевком отвечая на последующую нервную деятельность того. Какой смысл в громких заявлениях, криках? Не лги Первый Мечник Мрака - не было бы, действительно, ни капли смысла. Правда делает существо невидимым. Ложь - оборачивает в яркую обёртку, столь резкую, что любой проходящий мимо будет морщиться, поражённый её ослепительностью. Арей блистал как никогда...
Спуриус, казалось, врос в кресло. Впрочем, его взгляд, прежде пугливый, как у кролика, стал ожесточённым, яростным. Красавчик ненавидел Арея за то, что тот посмел так проколоться. Для Кводнона не имели значения слова... и даже взгляды, жесты. Всевидящий смотрел куда глубже, он проедал стража насквозь, и никакая зародившаяся светлая искра не могла скрыться под гнётом этого взора.
- Довольно, Арей. Мне не хотелось этого делать, но... - раздаётся глухой безразличный голос Двуликого, впервые запинается, но затем продолжает без пауз: - Твои действия со светлой вытекали за рамки дозволенных полномочий, а твоя ложь только усугубила положение. Ты приговариваешься к вечному заключению в темницах Нижнего Тартара. Приговор вступил в силу с сего момента и обжалованию не подлежит.
Кводнон медленно поднялся с креслом. Одновременно с этим из тени за стулом Арея вынырнули двое - одни из Сотни Владыки. О таких ходили разные легенды, и Дахтрансмайтер был склонен верить лишь одной: каждый из них владел холодным оружием лучше любого из первой десятки мечников. Таким незачем участвовать в "рейтинге" лучших воинов Тартара. Их нет нигде - даже в такой бюрократической империи как Мрак не найдётся и бумажки, где упоминалось бы, хотя бы в жалкой строчке, об их существовании. Кводнон редко прибегает к помощь кого-либо из Сотни, только в особых случаях. Арей - как раз такой случай...
Говорят, что Сотня была уничтожена в то же время, когда убили Кводнона. Но это не так... Ликвидирована оказалась, как знал Дахтрансмайтер Второй, лишь двадцатая часть его воинов. Ещё десятая часть от остатка поступила на службу к Лигулу. Восьмая - к самому Королю Страха. Оставшиеся бесследно исчезли, будто испарились. Кто-то из этих "безработных" погиб от рук светлых. Кто-то ввязался в кровопролитную борьбу с остальными сотенцами и также сгинул. Однако Дахтрансмайтер Второй точно знал ещё, что подавляющая часть стала тюремщиками или заключёнными в Нижнем Тартаре. В тех темницах, где некогда прозябал Первый Мечник Мрака, не зная, что вообще остался жив только благодаря чьему-то предсказанию, в котором Арею была уготована честь спасти Повелителя. И, как выяснилось впоследствии, только отсрочить гибель Двуликого...

Затянувшееся молчание действовало на нервы Дахтрансмайтеру Второму. Не разговаривает же он с пленником только чтобы повспоминать былое?!
- Ты так долго думаешь о том, что произошло, - прервав тишину, усмехнулся тёмный. - Так долго думаешь, что, мне кажется, просто скучаешь по милости Кводнона. Ностальгия по тому славному 700-летнему курорту в Нижнем Тартаре?
- Впрочем, мы заговорились, я не о том собирался говорить, - сухо продолжал Дах, вспомнив вдруг о своём нынешнем состоянии. - Я не только отдам дарх тебе, но и освобожу. Как ты понимаешь, не по доброте душевной, а по тому, что держать тебя в заточении выгодно моему нынешнему главному врагу, Лигулу. Но у меня есть два условия. Первое - ты должен собрать ингредиенты для отворотного зелья. Ты уже знаешь, что Дафна с Мефодием разошлись, и Буслаев как-то быстро нашёл утешение в Прасковье. У меня есть все основания полагать, что не обошлось без приворотного зелья, тем более любовь синьора помидора, как ты любишь называть своего ученика, какая-то уж слишком ненормальная... Думаю, ты понимаешь, что там за ингредиенты нужны... И второе условие: я хочу, чтобы мы стали временными союзниками. Во всяком случае, пока Лигул, эта гадкая букашка с претензией на высокомерность, не окажется выпнут с трона мрака. И, прежде чем ты захочешь сказать мне нет в своей прежней горделивой, но абсолютно бессмысленной, нелогичной манере, которая повредила бы не только тебе, но и окружающим ДЕЙСТВИТЕЛЬНО дорогим тебе людям, можешь спросить меня, почему ты всё-таки не можешь позволить себе отказ...

+2

70

Камера Арея
Как ни был спокоен и хладнокровен Арей, однако два жестоких слова, оброненные, словно невзначай Владыкой: "Нижний Тартар..." привели его в дикий, панический ужас. Арей побелел и, не сдержавшись, конвульсивно схватился за горло, чувствуя, что ему не хватает воздуха. Он отшатнулся назад - скорее инстинктивно, чем собираясь действительно бежать - и тут же почувствовал за спиной холод кольчуги. Не скрыться. Все кончено...
...Почти неделю назад та же мысль посетила Арей, когда, не в силах пошевелиться от терзающей его боли, он лежал, скрючившись, на полу в тайном убежище. К панической мысли прибавлялась и вторая, дающая надежду: "Она бежала!" и третья, недоумевающая: "Как нашли?.."
От адской боли он теряет сознание и приходит в себя лишь тогда, когда на лицо начинает литься какая-то жидкость. Вода. Чистая колодезная вода. Даже вино зажилили... Гадики!
Вода, попав в глотку, вызывает приступ неконтролируемого кашля. Арей складывается пополам - и тут же чувствует, как на горло ему опускается нога в подкованном сапоге.
- Нехорошо ты поступил, Арей, - звучит над ним ДО БОЛИ знакомый голос Люциуса. - Не так, как подобает настоящему ТОВАРИЩУ. Вот попроси ты у меня девку-я бы отдал. Клянусь Мраком, отдал бы. Ну поигрался бы с месячишко-другой - и отдал.  В вечное пользование. Так нет, ты же ее без спросу умыкнул - как тать в ночи. Сколько забот, треволнений мне доставил... А ведь могли по-хорошему договориться... Увы! Потому-то ты лежишь здесь, презренным пленником,  скованный древним проклятием-а я стою над тобой горделивым победителем и желаю получить от тебя ответ на один только вопрос: ГДЕ ДЕВКА?
- ТЫ... НИКОГДА... ЕЕ... НЕ НАЙДЕШЬ! - хрипит Арей, изо всех сил борящийся с болью, затмевающей разум.
- Ты так думаешь? - улыбка на лице Люциуса становится шире, чем у чеширского кота. - Посуди сам, ДОРОГОЙ ДРУГ. Проклятье скрутило тебя в один миг; ты и шага не сумел сделать - не то, что телепорт для девки сотворить. Сама же она не могла этого сделать: каждый угол дома напитан заклинанием против светлой ворожбы. Значит, МОЯ ДОБЫЧА еще здесь.
Арей смеется-точнее, пытается растянуть губы в обидную гримасу. Люциус не придает значения тщетной попытке... А зря! 
- Так, этот корм стервятников - в пыточную, - зевая распоряжается Люциус. - Да, можете там... Поразвлекаться, пока я развлекаюсь тут. Но не переусердствуйте - этот гаденыш мне живой нужен. Разве ж я могу оставить самый смак другим?
"Развлечешься ты здесь, Люциус, ой, как развлечешься... - мысленно повторяет Арей.-Полночи по дому будешь носиться, в поисках светлой. И не найдешь..."
***
- На твоем месте могла бы быть светлая... - тяжелое дыхание Люциуса обжигает  шею. - Только скажи, где она - и я отпущу тебя...
- Ты... Ее... Никогда... Не получишь...
- Что же, ты сам напросился, - флегматично произносит Люциус, выпрямляясь и смахивая со лба залитую потом челку.- Не говори потом, ДОРОГОЙ ДРУГ, что тебя не предупреждали...
Раскаленное железо с легкостью входит в тело, как нож в масло. Нечеловеческий крик разрывает тишину пыточной. Арей заходится в вопле, бьясь в руках палачей; страшный адов огонь выжигает изнутри его нутро. Над головой слышится змеиный шип:
- Где она? Где она? Где она?
- Ты... ее... никогда... не... получишь...
***
Из обрывков разговора между палачами Арей усвоил лишь одно: он находится здесь, в пыточной, пять дней. ВСЕГО пять дней? ЦЕЛЫХ пять дней. А Арею-то казалось, что прошло не меньше тысячи лет. Пять дней нескончаем мук, бесконечных глумлений и издевательств. Один и тот же вопрос; один и тот же ответ - вот и все, что звучало под мрачными сводами.
Но сегодня Арей узнал: конец его мучений близок. Гордец-Люциус, отчаявшись выведать у Арея местонахождение светлой, отдал приказ предать строптивца мучительной казни. К занимательному зрелищу шли грандиозные приготовления: иначе зачем отсрочивать казнь на целый день?..
***
...Арей - все такой же непокорный, хотя и изрядно постаревший, встряхнул головой, прогоняя ненужные воспоминания. Сейчас они, как никогда, приносили боль. Одновременно он пытался вслушиваться в слова Дахтрансмайтера и находил, что они вполне разумны... В первой своей части. Для того, чтобы обуять охватившее Мефодия умопомрачение, Арей был готов на все. Что до второй части эмоционального выступления Дедули... Арей не сумел сдержать смеха и обидно расхохотался:
- Мне - предать Лигула? И ради кого, скажи на милость? Ради старого садиста, похитившего наследника мрака, чтобы, предав его мучительной смерти, высосать все силы старины Кво? Хотя... - по губам Арея пробежала сардоническая улыбка. - Я готов выслушать твои аргументы. Почему же мне стоит предать Лигула?

+1

71

Камера Арея
Жизнь стремительна, скоротечна и непредсказуема. Вчера ты был владельцем заводов, газет, пароходов, а сегодня подметаешь улицу неподалёку от некогда принадлежавшей тебе фабрики. Жизнь же стражей мрака и того непредсказуемее, в чём уже успел убедиться и Арей. Ещё день назад Кводнон ставил его в пример на всех собраниях (или, вернее, посиделках), награждал всевозможными титулами, подумывал отдать во владение свой бывший огромнейший замок в мире смертных. А сейчас тот же Кводнон поносит мечника, как только можно поносить, да и к тому же собственноручно подписал приказ, чтобы доставили его в самую худшую из возможных темниц Нижнего Тартара. Где откровеннее всего, не стесняясь никого, изуверствуют тюремщики, где даже страж мрака может околеть от холода, где и нормально-то выпрямиться не даёт низкий потолок...
Прошло 800 лет с той поры. За эти годы много чего изменилось, но, главное, светлая армия достигла "пика своего развития", как называл их ежедневные результативные вылазки в Верхний Тартар с целью отбить очередную нелегальную партию эйдосов Владыка. Остался тем же только кабинет. В этот раз там сидят двое - Дахтрансмайтер Второй, чьи волосы начали седеть, а лицо испещряют глубокие морщины, и Повелитель Мрака.
- Повелитель, у нас нет иного выхода, - продолжает настаивать на своём Король Страха. - Лучшие бойцы мрака мертвы. Практически все. Остались только единицы лучших и одно пушечное мясо. Не будем же мы ставить на ненадёжного Спуриуса? Между прочим, я сам слышал позавчера, как он хвастался тем, что обуздал свой дарх и говорил, что мог бы жить без него годами - щёголь хвастливый, - не преминул наябедничать, растянув рот в жабьей улыбке, тёмный.
- Обсуждать Спуриуса я не намерен, - грубо отрезает Кводнон, находящийся не в лучшем расположении духа. Настолько не лучшем, что Дахтрансмайтер Второй, потерявший за годы некоторые очки доверия у хозяина, сильно рисковал, говоря на те темы, что Двуликий не хочет обсуждать. - И что, ты думаешь, от одного воина что-то изменится? Он сможет переломить ситуацию?
- Нет, разумеется, один он ничего не может сделать... - замялся Дах, уткнув взгляд в занозистую поверхность стола. - Однако, Повелитель, вы помните то предсказание. Я не хочу подвергать сомнению компетентность вашей охраны, но, мне кажется, сейчас тот самый момент, когда стоит воспользоваться его услугами. Хуже не будет. В случае чего вы можете вновь запихнуть его обратно, оттуда, откуда вытащили.
Кводнон сомневается. Действительно, сейчас он беззащитен как никогда. Возможно, это тот момент, когда данное предсказание, касающееся героизма Арея, который спасёт своего хозяина, будет исполнено. Или нет - и тогда кровожадный Повелитель Мрака падёт, как падали до него тысячи стражей мрака. Королю поставят мат.
- Ладно, - кивает Кводнон. - Я освобожу Арея, но за каждым шагом буду следить... Ты будешь моими глазами! В случае малейшего подозрения в измене я даю тебе право упечь его обратно в темницу. Но другого шанса, в таком случае, у него больше не будет. Но знай, что точно так, как ты следишь за Ареем, я буду наблюдать за тобой. Только попробуй где-нибудь допустить ошибку - и тебя ждёт участь во много раз ужаснее его заключения! Ты всё ещё готов поручиться за Арея?
- Да, повелитель... - покорно кивает Дахтрансмайтер Второй, и вскоре в его руках оказывается приказ о помиловании Первого Мечника Мрака.
Кводнон пока не понял заинтересованности Короля Страха в освобождении Арея, его хлопот ещё со дня заключения бывшего любимчика в темницу. А причина была проста и крылась в просьбе Люциуса за заклятого врага...

Дахтрансмайтер Второй сардонически улыбнулся. Его позабавили слова Арея о предательстве. Будто сам Лигул долгие годы не предавал своего "друга", даже тогда, когда тот был "другом" не в кавычках... Оттого ему пришлось прикусить себе язык, чтобы не задвинуть речь о чрезмерном простодушии и наивности мечника, не сочетающемися с его преклонным возрастом (ведь глупых да наивных прирезают в первый же год во мраке), затем отклонить эту и высказать другую - о старческом маразме. Естественно, по окончании язвительного монолога выкурить трубку мира с Ареем вряд ли удастся, а это сейчас слишком важно...
- Видимо, Арей, ты много чего не знаешь, - усмехнулся Дах, а затем, собравшись с духом, выложил все припасенные козыри, в некоторых местах наврав, правда, или чуть приукрасив, но в общем не слишком солгав: - Начнём с начала. Вы с Дафной вовсе не были женаты. Да-да, Лигул наврал. Брак был фиктивным, так как не скреплён брачной ночью. Ведь у вас со светлой ничего не было, так? Можешь и не говорить, склочный горбун не позволил бы. Равно как и себе развлечься со светлой, это тоже. Дело в том, что Лигул откуда-то пронюхал, что светлая, накинув на Буслаева крылья, тем самым впитала часть силы Кводнона. Значительную, пусть и не всю. Сама ею она не может воспользоваться (и даже, вероятно, не подозревает об её существовании). А вот её мужчина, ты понимаешь, что я имею в виду в данном случае, получит эти силы и, мало того, сможет распоряжаться ими! Однако получить эти силы можно только один раз. Если бы Лигул провёл с ней ночь в этот раз, то, вероятно, ничего бы не получил, ничегошеньки, а предприимчивый карлик подобного допустить не может. Завладеть этой мощью можно только проведя ночь с Даф через два дня, ни днём позже, ни днём раньше. И больше никогда. Потому советую на этот третий день особенно беречь светлую от всяких подозрительных мушшинок, что захотят вдруг предложить ей руку и сердце.
- Именно поэтому то, что мог сообщить тебе Лигул, было откровенной ложью, - усмехнувшись, продолжал Дедуля. - Только чтобы в тебе поселилось чувство вины, и ты оказался как никогда слаб. С Буслаевым он вообще играл в свою игру. Специально вынудил его подписать тебе смертный приговор, как ты знаешь, описывая пикантные подробности якобы проведённой тобой с Даф жаркой ночки. У любого крышу сорвёт от подобного... Лигул не собирался говорить Мефодию, что этот приказ кто-то чересчур старающийся потерял, и ты жив - чтобы ухватить наследника за глотку и не дать спасти светлую. Сейчас ты можешь даже спросить, откуда я всё это знаю... От самого Лигула, который решил, что нашёл то, чем можно меня шантажировать, а, значит, не опасаясь раскрывать некоторые стороны своих хитроумных планов. Впрочем, этого мало! Лигул захотел, чтобы ты пока побыл у меня. Ну, я согласился и использовал данную ситуацию в свою пользу... В частности с моей подачи Буслаев был уведомлён о том, что ты жив. Правда, Лигулу моё самоволие не слишком понравилось, и он захотел, чтобы я схватил Мефа и держал в плену. Я, опять-таки, согласился. Но потакать желаниям мелочного чинуша слишком глупо, потому сам же и подстроил побег Буслаеву. Между прочим, Лигул ещё хотел и казни Мефа. Кой прок теперь от мальчишки, если он скоро получит практически полностью силы Кводнона, что, к тому же, даст ему право единолично занять престол? Неужели и после всего вышесказанного ты не примешь МОЮ руку помощи, не поймёшь, что в борьбе с Лигулом мы союзники, не враги. Действуя вместе, мы сможем скинуть горбуна с престола! Ещё лучше, если он и продолжит считать тебя своим соратником... Ну, что, ты дашь своё согласие?

+1

72

Камера Арея
Воспоминания все накатывали и накатываои волной. Пиршественный зал. Стража, выросшая за спиной. И отчаянный вопль -его, Арея:
- Скажите хотя бы: она жива?
Кводнон молчит, усмехаясь. И это молчание во сто крат страшнее тех мук, что предстояло перенести Арею за долгие семь веков, ставшими для него семью тысячелетиями... 
О судьбе той, кого он любил настолько, что во времена оные готов был принять любую мученическую смерть, он узнал много веков спустя. При обстоятельствах, не могущих не вызвать удивление...
- Меня зовут Барсом, - коротко представился сидящий напротив мужчина. Выглядел он лет на сорок, был устал, полноват и абсолютно лыс. Но Арей готов был прозакладывать свой собственный меч, что видит перед собой лишь личину; на самом же деле его неожиданный хозяин выглядит абсолютно иначе.
- Мое имя вам, разумеется, называть не надо, - криво усмехнулся Арей. - Раз вы велели привести меня сюда - значит знаете, кто я такой.
Взор Арея метнулся на грудь мужчины - там, где должны висеть либо крылья, либо дарх. Ни того, ни другого, он, разумеется, не увидел. Проклятая личина!
Барс сам развеял его сомнения.
- Странно заучит: начальник контрразведки Эдема велел привести к себе первого мечника мрака. Да не просто привести - а сорвать его с этапирования на маяк на одиноком острове...
- Вы - начальник контрразведки Эдема? - не удержался от восклицания Арей.
- Не похож?-подбоченился мужчина. По губам его скользнула мимолетная улыбка.-Но не надейся продать информацию подороже, Арей. Все компетентные стражи мрака (разумеется, кому это нужно) в курсе, что первого контрразведчика Эдема кличут Барсом. Больше они ничего не знают. Как и ты...
- Что вам нужно от меня? - устало осведомился Арей. - Хотите, чтобы я сдал военные секреты Мрака? Не выйдет. Я верен системе - хотя система прожевала и выплюнула меня.
- Я знаю твои принципы, Арей. Как и знаю, что ты не способен на предательство. СЕЙЧАС не способен, - сухо уточнил Барс, и Арей дернулся, поняв, на что намекает вездесущий контрразведчик. - Но я ПРИГЛАСИЛ тебя не для этого. Я хочу отплатить добром за добро, - и увидев застывшее на лице Арея искреннее недоумение, Барс пояснил. - Я говорю о девушке, спасенной тобой некогда из рук обезумевшей солдатни и полубезумного Люциуса. Я говорю о...
И он назвал то имя, которое Арей вовсе и не ожидал услышать. С трудом справившись с охватившим его удивлением, Арей выдохнул:
- Но какое дело эдемовской контрразведке до...
- Контрразведке есть дело до всех жителей Эдема,-сухо оборвал его Барс.-Мы заботимся о каждом члене общества. Впрочем - изволь. Тебе нужна причина? Я скажу. Муж спасенной тобой девочки приходится сыном одному высокопоставленному в Эдеме лицу.
Казалось, ничто не могло удивить Арея больше, чем упоминание имени его первой безнадежной любви. Однако же...
- Муж?.. - прохрипел Арей. - Она была замужем?
- Она вышла замуж накануне той самой страшной ночи, когда ваши войска ворвались в город,-будничным тоном оповестил Арея Барс. - Новобрачные спали, обнявшись, когда дом наполнился солдатами. Молодой муж вскочил, собираясь защитить любимую, но какой-то  вояка рубанул его - не глядя, походя...
... Мальчик приходил в себя долгих три месяца, и все это время был уверен, что его жена мертва: разве можно было ожидать от Мрака иного? Но вот однажды нам сообщили: в госпиталь, у самых врат Эдема, поступила полубезумная девушка, называющая себя невесткой... - мужчина прикусил язык. - Послали за её свекром; вслед за отцом, рыдая от счастья, примчался Клеонт.
Арей, во время рассказа Барса сидевший понурившись поднял в изумлении голову. Он знал, ЧЬЕГО сына зовут Клеонт.
- У них сейчас двое детей, - смекнувший, какую оплошность он допустил, Барс побледнел личиком. - Старшего сына, если тебе это интересно, зовут Ареем...
- Жизнь за жизнь, Арей, - устало проговорил Барс. - Я готов избавить тебя от маяка. Просто-напросто выкрасть. Дальше Свет сокроет тебя так, что перерой Лигул небо и землю, он все равно не найдет тебя! Но есть и второй вариант... - молниеносным движением языка Барс смахнул бисеринки пота над верхней губой. - Эйдосы, принадлежащие Яраату, нашлись. Среди них - эйдосы твоей жены и дрчери. Я могу выбить их у Мрака - через пятьдесят, сто, двести лет... Ты же знаешь бюрократическую машину Тартара. Выбирай, Арей. Свобода для тебя или призрачная надежда на возвращение во Свет твоей жены и дочери...
... Была и еще одна встреча с Барсом. Совсем недавно. Все тот же лысенький сорокалетний толстячок - хозяин положения - и он, Арей, замерший, вытянувшийся по струнке, не верящий собственным ушам.
- ... Ты плохо меня слушаешь, Арей. Я не утверждаю, что взятие на поруки Эдемской девочки - обязательное условие возвращение на Землю твоей дочери. Свет не занимается шантажом... В отличие от Мрака!
- Как её зовут, вашу светлую?
- Дафна...

"Слишком много интриг вокруг одной девчонки!"-подумал Арей, выслушав страстный монолог Дахтрансмайтера. Разумеется, половина из всего сказанного была откровенной ложью (или плохо же Арей знал Дедулю). Но вот другая половина...
- Я не женат на Дафне? - повторил мечник потрясенно. Он готов был пуститься в пляс - но тут же одумался. Конец мучительным терзаниям и самобичеваниям! Наконец-то он сможет бестрепетно смотреть в глаза Мефодию!
- Хорошо, Дахтрансмайтер, - сказал Арей, успокоившись. - Я принимаю все твои условия... За исключением одного. В борьбе с Лигулом я помогу тебе один лишь раз. Один раз я готов выступить против него - за тот обман со свадьбой. Все остальные обвинения вилами по воде писаны. Готов сотрудничать со мной на таких условиях - я к твоим услугам...

+4

73

Камера Арея
Радость Арея от потрясшей его новости о том, что мечник не женат на светлой подопечной, Дахтрансмайтер Второй сопроводил усталым зевком. Только последний идиот может доверять словам Лигула. Каждую информацию от горбуна, какую бы то ни было, полностью принимать на веру нельзя - лишь не более десятой части сообщенного достойно этого. Дедуля даже вздохнул от разочарования в сидевшем за решёткой дикаре.
Как и следовало ожидать, и принципиальный Арей готов был пойти на сделку с Дьяволом. Единственное, что не понравилось Даху, что и тут полностью согласиться с условиями мечник, которому буквально преподнесли на блюдечке с голубой каёмочкой ключик от свободы, с которым затеяли действительно взаимовыгодный договор, не мог. Впрочем, даже единичная помощь могла помочь склонить чашу весов в пользу Короля Страха в войне с Лигулом.
Улыбнувшись, Дахтрансмайтер открыл клетку Арея, но дарх пока не спешил отдавать. Оставалось ещё одно небольшое условие, которое мечник точно был бы рад выполнить...
- И не забывай ещё об одном условии, - седовласый провёл длинным острым ногтем по пруту решётки, заставив её удручённо скрипнуть. - Как я уже говорил, я оказался заинтересован в том, чтобы Мефодий и Дафна вновь были вместе. Для приготовления отворотного зелья у меня есть все ингредиенты, кроме очень редкой травки, название которой состоит из сорока трёх гласных и одной согласной... Думаю, ты понял, о каком растении идёт речь. Мне нужно, чтобы ты достал эту траву для меня, поскольку в расторопность в этом деле своих слуг я не уверен. Мне нужна всего половинка цветка этого растения, так что ты должен будешь поиграть в следопыта-ботаника.
Только дождавшись согласия мечника, Дахтрансмайтер бросил ему в руки дарх. Перенасыщенный отборнейшими эйдосами, он соблазнительно сверкнул во время полёта Королю Страха, так что на миг в глазах того блеснула жадность. Подавив в себе это чувство, Дах задумчиво вытащил из внутреннего кармана отобранное у Прасковьи колечко и, уронив в руку Арея, сказал:
- Это кольцо некогда было у наследника, но он легкомысленно передал его племяшке Лигула. Когда её схватили, перстень оказался у меня. Кажется, в нём заключена телепортационная магия, но мне она ни к чему, так что отдаю тебе его. Распоряжайся им как тебе вздумается. - Затем Дах хлопнул себя по лбу, словно что-то вспомнив: - А если захочешь вернуть кольцо законному владельцу, знай, что сейчас он кукует на Лысой горе. Я одно делишко ему там обеспечил, так что непременно Буслаев захочет туда заглянуть.
Только после всего сказанного тёмный освободил дорогу бывшему пленнику.
- Я отменил телепортационный блок на минуту. Этого времени тебе должно хватить. Прощай... - Тут Дах наконец поднял глаза на Арея и усмехнулся. - Нет, вернее, до свидания. Скоро мы с тобой снова увидимся... союзник.

Дахтрансмайтер Второй бросил кошель, доверху забитый золотом, фигуре в сером плаще.
- Кводнон должен будет умереть сегодня вечером. Я дал тебе необходимый для этого кинжал - позаимствовал у старине Розенкранца. Выполнишь всё, как задумано, получишь не только кошель, но ещё десять лет отсрочки.
Лицо под капюшоном осклабилось и покорно кивнуло. Через пару секунд оно пропало в толпе, оставив Короля Страха в гордом одиночестве... хотя не совсем в одиночестве... Дах повернулся спиной к тому месту, где когда-то стоял убийца, и шепнул:
- Позаботься, чтобы не позднее семи вечера Арей был освобождён и менее чем через час оказался в покоях Двуликого. Кводнон погибнет, но не сейчас и не от руки такого сопляка как этот сектант. Уж я позабочусь об этом...
Дахтрансмайтер Второй стремительно терял свои прежние позиции в окружении Двуликого, но, к своему счастью, не забыл ещё о необходимой предосторожности в деле заговора против своего хозяина. Никому нельзя доверять, так что все, кто знает об его планах, сегодня вечером погибнут вместо Повелителя мрака...
>>>>> К тигру в зубы

+2

74

Камера Арея
Арей взял протянутый ему перстень и небрежно засунул в карман. Сам артеактец мечника ничуть не интересовал. Но, во-первых, перстенек был захвачен у Прасковьи, которая некоторое время назад, ничуть нет стесняясь, глумилась над пленным  Ареем  (а трофей, захваченный у врага, вдвойне приятен). Ну и во-вторых, украшение раньше принадлежало Буслаеву. Надо будет отдать при встрече.
- Лысая гора, значит… - повторил Арей, хмурясь. Опять этого раздолбая, прозываемого Синьором-Помидором, занесло в самое опасное из земного мира место. Арей уже и счёт потерял, сколько раз предупреждал наследничка, чтобы тот не вздумал соваться в одиночку на Лысую Гору- а маленький светловолосый паршивец с упорством, достойным  будущего  Повелителя Мрака, эти предупреждения игнорировал.
И всё-таки, что-то не давало Арею покоя… Какой-то червячок беспокойства шевелился в груди. Казалось бы, радоваться надо – страшного союза с Дафной не существует! Но почему же тогда ноет в предчувствии сердце? Будто случилось что-то плохое… Или должно случиться?
Но времени на раздумье не оставалось. Время, назначенное Дахтрансмайтером для  телепортации, уходило.
Арей помотал Головой и вступил в телепортационный круг…
>>>>>> Хрустальный замок

+1


Вы здесь » Мир Стражей » [Зеркало Апокалипсиса] » Во имя любви