Мир Стражей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Стражей » [Зеркало Апокалипсиса] » Игры в кошки-мышки


Игры в кошки-мышки

Сообщений 41 страница 52 из 52

41

Москва. Лосиный остров
Глеб с усмешкой наблюдал за тем, как темный пытается выбраться из его заклятия. Безуспешно. Улыбка тронула губы некромага. Все-таки, правильный выбор был сделан. Даже стражи не могут ничего противопоставить силе смерти.
- Не твоё дело!
Глеб поднял руки.
- Не мое - так не мое. Как скажете. - Провал. Предысторию, похоже, не узнать.
Но... Тут Глеб почувствовал, что его тросточка нагрелась, а косточка внутри задрожала, как от сильнейшего напряжения. Это был знак, что тросточка вот-вот сломается от перенапряжения. А вместе с ней и ее начинка. А без нее, он будет беспомощнее лупохоида. Такого раньше никогда не было. Об этом только старуха рассказывала. И то, в качестве страшной сказки.  Улыбка  медленно сползла с лица некромага. Видимо, перед ним был куда более сильный персонаж, чем он встречал когда либо. Нужно было что-то предпринимать.
   Слова светлой не добавили уверенности в светлом будущем. И не утешили. Ни разу.
- Ты говоришь с бароном и первым мечником мрака.
  Арей. Глеб моргнул. Потом еще раз. Нужно было срочно что-то думать.
- Я вас освобожу, но, надеюсь, что не кинетесь на меня с мечом... - Глеб говорил это свой страх и риск. Но деваться было не куда. Надо было делать хорошее лицо при плохой игре. С каждым движением мечника, палочка нагревалась все сильнее, рискуя превратиться в небольшую кучу пепла. Глеб отошел на полдесятка шагов, выходя за круг моментального удара и что бы была возможность сделать ноги. Не теряя ни минуты, Глеб крутанул палочкой в обратном направлении, снимая заклятие. Тросточка тут же остыла, а кость внутри нее прекратила делать попытки сломаться.
- Чем я могу помочь?
- Если нас не попытаются зарубить, - насмешливо отозвался Глеб, не спуская глаз с Арея, - то своей мелодией... Маголодией, - быстро поправился Глеб, - тебе надо будет поставить сферу, впитывающую темную магию, или что-то такое, - раздраженно снова поправился Глеб. - У вас, у светлых, что-то такое есть в репертуаре. - Глеб сделал еще шаг назад. На всякий случай.
- Маголодия нужна для того, что бы, когда инферно взорвется, оно тут же впиталось в сферу. А не превратило весь город в город-призрак. - Терпеливо и осторожно объяснил Глеб. - Это если максимально просто.

0

42

Москва. Лосиный остров
«И всё-таки, - подумал с раздражением Арей, - эти некромаги чересчур наглы, раз смеют дерзить самому мечнику мрака! СТРАЖУ МРАКА»
Тут только он сообразил, что едва ли некромаг разглядел в нём стража, и слова девчонки, показавшейся Арею смутно знакомой, только подтвердили это. Арей с немалым удивлением (да что там с удивлением - удовлетворением!) увидел,  как изменилось лицо стоящего перед ним.
И всё-таки разум в мечнике взял верх. Как всегда, остыв, он уже видел, что парень собирается помочь ему, и, как это было ни унизительно для первого мечника, инстинкт самосохранения взял верх. И потому, когда парень сказал:
- Я вас освобожу, но, надеюсь, что не кинетесь на меня с мечом… - Арей пробурчал только:
- Ладно. Так уж и быть.  Не кинусь…
Долгожданная свобода, однако, не принесла облегчения. Прислушиваясь к разговору светлой и некромага, Арей помнил, что над ним висит проклятие. И оттого, обуздав вездесущую гордыню, только буркнул:
- Что мне делать-то надо?

0

43

Москва. Лосиный остров
Магический фон неуловимо изменился. Светлая ощутила, как вместе с этим напрягся Глеб, променяв самодовольную улыбку на нечто сродни испугу – насколько некромаги вообще способны испытывать это чувство. Скользнув взглядом по его трости, девушка предположила, что всё дело в ней – недаром и парень обеспокоенно скосил на неё глаза. Видимо, магии в ней было всё же недостаточно, и Арей вот-вот вырвался бы самостоятельно. Что ж, это было предсказуемо, однако уже не так страшно, как минутой ранее – мечник заметно успокоился. Здравый смысл взял верх над гордостью, и теперь можно было не опасаться расправы за свою дерзость. Девушка едва заметно выдохнула. Но расслабилась она рано – от прозвучавшей следом просьбы Глеба у неё на мгновение перехватило дыхание.
Пожалуй, нечасто светлый страж испытывает столь сильное желание провалиться сквозь землю. И тем забавнее, что виной этому послужила банальная маголодия. Хотя, возможно, и не такая уж банальная – вспомнить бы её ещё!
– Ммм, – ни один мускул на лице не дрогнул. Лишь в глазах на секунду промелькнула задумчивая отрешенность – это перед внутренним взором Саши судорожно проносились сотни исписанных нотными закорючками пергаментов. – Конечно, есть такая, – и голос не подвёл. Но как назло ничего именно впитывающего мрак, а не рассеивающего его вокруг и не отражающего в закромах памяти не находилось. Кто ж знал, что ей всё это действительно может пригодиться? Да она и флейту-то достаёт не каждый день, не говоря уже о тренировках. А тут, что самое страшное, любой недочёт мог обернуться смертельным провалом. – Я только… на минуточку! – главное сохранять всё тот же непринуждённый и просветлённый вид, что и минутой ранее.
Отступив и отвернувшись, пока Глеб отвлёкся на инструктаж Арея, девушка полезла в сумку и выудила смартфон. Само собой, тот был заговоренным, и мог по наспех набранному запросу выдать искомое произведение. «Только не до диез минор!..» – простонала она мысленно, но тут же одернула себя – вот уж для нытья точно время было неподходящее. Вот бы ещё эти двое ничего не заподозрили. Не объясняться же перед ними, что при её должности с флейтой особо не наобщаешься? Ещё повезло, что они не признали в ней златокрылую. Кто ж виноват, что золотые крылья выдаются за три успешные вылазки во мрак? А уж проходил ты полное обучение до, или пытаешься наверстать уже после – вторично.
– Сейчас, немного тренировки, и сможем приступать! – уверенно ответствовала она, пряча девайс обратно. С памятью-то у неё всё было в порядке: одного беглого взгляда хватило, чтобы заполнить всю структуру мелодии и образы, которые следовало создавать в своём сознании. Оставалась лишь техника, и вот тут-то и нельзя было напортачить.
Всё ещё стоя как бы в сторонке, девушка размяла пальцы, извлекла флейту и сглотнула. Концентрироваться она тоже умела. Дело было за малым: выровнять дыхание, поднести флейту к губам и извлечь первые звуки. «Что ж, поиграем!» С первыми звуками в спину ей несильно, но настойчиво ударил ветер. Следующий порыв был мягче, а затем потоки воздуха стали закручиваться вокруг неё. Самой мелодии было почти не слышно, куда больше она напоминала шелест травы и звон ручья в отдалении. Как и большинство подобных маголодий, она воспринималась сердцем, а не ушами. «Так, понятно… не воздух, а свет, и не вокруг меня, а на расстоянии…» Перейдя к репризе, Саша направила потоки воздуха в сторону, закручивая их в небольшом вихре и постепенно выравнивая форму сферы. Затем в созданный кокон начали вплетаться нити света, в итоге превратившись в светящийся шар. «Кажется, оно…» Пальцы срывались, движения света не всегда были гладкими, а напряжение сводило руки. Прервав игру, девушка встряхнула кисти и обнаружила, что те чуть подрагивают. «Да уж, в бою от меня толку…» Но не время упражняться в самокритике. Развернувшись к темным, девушка, как ни в чём не бывало, заявила:
– Я готова.
А затем, дождавшись сигнала Глеба, приступила к игре всерьёз. «Я справлюсь…»

0

44

Москва. Лосиный остров
Когда мечник покинул свой плен, Бейбарсов напрягся, приготовившись в случае чего моментально телепортировать. Но тот не выглядел сильно агрессивным и это вселяло кое-какие надежды на то, что всё обойдется. Но это вовсе не означало, что видимое спокойствие - это повод расслабиться. Стражи мрака славились дурными характерами и виртуозным умением обманывать собеседника. Прямо как некромаги, - усмехнулся Глеб, – только мы обманываем не столько людей, сколько природу. Только когда Арей заговорил, Глеб окончательно убедился, что его не попытаются убить и позволил себе расслабиться.
– Что мне делать-то надо? – На это очень хотелось ответить: "Не мешать". Но это был не самый удачный ответ, и потому, категорически не подходил. Если бы на месте стража был кто-либо другой, хоть сам Сарданапал или этот, как его, Дахтра… Дах...  В общем, тот странный страж с кучей причуд, то Глеб ответил бы именно так. Но... инстинкты были сильнее – хоть некромаги и неуязвимы ко всем физическим воздействиям вредящего толка и порчей телесной оболочки, но кто знает, что за железка у Арея... Рисковать не хотелось. Глянув на слишком честное и безобразно уверенное лицо новой знакомой, Глеб едва удержался, чтобы не скривиться, как от лимона. Что-то ему подсказывало, что светлая оказалась несколько бестолковой и не владела тем, чем нужно. Беда...
Ты точно уверена, что... - Бейбарсов изобразил игру на флейте, – справишься? – Еще раз осмотрев на светлую, парень поспешил отвернуться. В случае чего, вину можно будет спихнуть на барышню. А сейчас Арей.
– Если очень коротко, то Ваша задача терпеть. Возможно, будет очень больно. Вам может показаться, что с Вас снимают кожу. Или тянут жилы. – Сосредоточенно пояснил Глеб. Он надеялся, что никто в их разномастной компании не упадет в обморок. Чрево Тиамат, как могло случиться так, что Светлый страж и некромаг помогают Темному стражу?! Это же надо было такому случиться. Не хватает только какого-нибудь волшебника с чудесного острова Буяна! - Боль может быть мгновенная, а может быть тянущей, длительной, нарастающей... Но она будет чудовищной. Во всяком случае, насколько я знаю, ни один лопухоид подобной операции не выдерживает и при в тысячи раз более незначительных инферно люди имеют свойство умирать от болевого шока и остановки сердца... – Глеб оценивающе посмотрел на Арея. - И я надеюсь, что Вы не попытаетесь в порыве зарубить меня. Иначе Ваши страдания сильно умножатся. - Глеб спокойно смотрел на Арея, уже прикидывая что за чем будет делать. Это был взгляд хирурга, оценивающего сложность операции и состояние пациента. Другое дело, что это была первая операция такого рода в его некромагической практике. Примерно как студенту-интерну внезапно дают операцию по пересадке сердца. Глеб ощутил, как у него вспотели ладони. Все, что он говорил Арею - это ничем не проверенные слова старухи-ведьмы. Надеюсь, она знала, что говорила, - мрачно подумал Глеб, выискивая глазами светлую. Та как ни странно, уткнулась в телефон и что-то внимательно там искала. Глеб постарался сохранить невозмутимое выражение лица, но он почувствовал, как у него дернулось нижнее веко. Прекрасно. Еще и ассистентка сама ничего не умеет. Если бы Глеб закатил глаза, то он вполне мог получить вывих глаза - настолько ситуация показалась ему абсурдной.
– Сейчас, немного тренировки, и сможем приступать! – Глеб не разделял уверенности светлой, потому, он посмотрел на нее внимательным, ироничным взглядом и кивнул.
– Ммм... Ну да, ну да. - Покачав головой, он отвернулся от нее и принялся чертить палочкой все необходимое.
    Хотя большинство магов и тем более стражей не пользуются рунической и символической магией, ссылаясь на ее не надежность и длительность подготовки, некромаги по прежнему доверяли этому архаическому и древнему источнику магии. Руны и символы являлись самыми надежными проводниками магических потоков, не позволяя им распыляться и концентрируя их в определенных точках. Глеб уверенными, заученными движениями начертил октограмму, тщательно расписал возле каждого луча и хорды требуемые руны, удерживающие, генерирующие, аккумулирующие магическую энергию, расписал слова силы, позволяющие в случае необходимости открыть червоточины и кротовые ходы, на случай, если энергия начнет выходить из-под контроля. Вся схема была мертва. Её требовалось оживить. А оживить её могло только одно. Кровь. Кровь - практически неиссякаемые источник энергии, субстанция несущая жизнь, она могла оживить практически любую мертвую материю, а так же высвободить колоссальное количество энергии - только этим нужно уметь воспользоваться. Конечно, в идеале потребовалось бы человеческая кровь - кровь разумного существа, осознающая свою реальность, ощущающая боль и осознающее её существование. Человек, как носитель верховного разума, знающий что такое жизнь и смерть, способный отличить добро от зла, а самое главное, имеющий то, чего не имеет ни один страж, а из-за это стоящий над ними - свободу воли. Именно этот дар, самый великий дар Неведомого, возводит человека в Абсолют. Даже не смотря на всё его бессилие и немощь. Свобода воли дарит то, чего нет ни у одного стража или некромага, уже раз и навсегда сделавшие свой выбор - эйдос. Подлинная вечность. Глеб тряхнул головой - это всё сейчас было не к месту и не вовремя. Нужна была кровь. Кошки вполне сойдут - пара или тройка, но этого будет достаточно. Только туда надо будет добавить еще крови всех троих.
     Достать представителей семейства кошачьих было не сложно - в парке их была тьма тьмущая. Глеб крутанул палочкой, отправляя Зов. Буквально через пару минут, из кустов показалась кошачья морда. Кошка  завороженно посмотрела на Глеба, сдавленно мяукнула и, явно сопротивляясь сама себе, практически поползла к некромагу. Через полминуты из того же куста показалась вторая кошка и так же с сопротивлением двигалась к Глебу. Бейбарсов, ухмыльнувшись, бросил Александре:
– Я очень попрошу сейчас не вмешиваться. Если есть желание помешать - отвернись и не порти мне магическое поле. - Глеб наклонился к своему рюкзаку и достал оттуда небольшой тубус. Развернув его на траве Глеб почти с нежностью посмотрел на многочисленные ланцеты, кинжалы, иглы и прочие милейшие орудия пыток.
    В этот момент кошка подползла достаточно близко. Глеб властным движением схватил за шкирку кота и через мгновение послышался отчаянный вопль животного. Первая кровь брызнула на многочисленные хорды звезды. Принцип меньшего зла, Глеб. Если ты не замучаешь сейчас этих животных страшной мученической смертью, то могут погибнуть куда больше... И это будут уже не только кошки. Спустя четверть часа, Глеб отбросил от себя замученный труп животного и схватил вторую кошку. Ту постигла та же участь. А вокруг некромага уже жалобно мяукало два десятка пушистых зверей. Это был перебор... Закончив на пятой, когда от крови земля раскисла, а звезда и начерченные руны и знаки едва заметно сияли, наполнившись эманациями боли, смерти, страха и крови, Глеб сбросил заклятие зова, а кошки с шипением и мяуканьем бросились врассыпную.
– Ну что, барон, вы готовы? – Холодным, мертвым и безжизненным голосом поинтересовался Глеб. По его внешнему виду нельзя было сказать, как он отнесся ко всей процедуре – лицо было абсолютно спокойным. Лишь глаза стали еще чернее и даже свет не отражался в них, превратив их в бездонные колодца мрака. Но это было еще не всё. Требовался завершающий аккорд.
    Глеб подошел сначала к Арею, крепко взял за руку Арея и, смотря в глаза, сказал:
– Мне нужна Ваша кровь. Капля. – После этого, Глеб молниеносным движением руки уколол палец мечника и молниеносно отскочил. Из места укола неестественно брызнула темная, густая, едкая кровь стража мрака.
– Кровь Мрака, для познания Света. – Спустя мгновение капля коснулась ритуальной звезды. По ее краям полыхнуло темное пламя.
    После этого Глеб плавно переместился к Александре. Он так же взял ее за руку и уколол ее палец:
– Кровь Света, для познания Тьмы. – Яркая, переливающаяся, как драгоценный камень капля упала на песок, и внутри черного пламени вспыхнуло пламя белое.
Затем Глеб нанес укол самому себе. С его пальца упала черная, как ночь, капля.
Кровь Смерти, для познанья Рождения. – Пламя вскинулось и погасло, оставив после себя лишь яркое сияние звезды и рун. – Все вместе  составляете Жизнь. – Тихо закончил некромаг, смотр куда-то вдаль.
  Теперь начиналось самое сложное - уничтожение проклятия. Глеб принялся раздавать указания:
– На счет "три" – ты сместишь свою сферу, - Глеб с уважением посмотрел на сияющий шар света, – прямо на Арея. И что бы ни происходило – удерживай маголодию. – На самом деле, Глеб не имел ни малейшего представления, что могло случить в конце, но лучше быть подготовленным ко всему, чем внезапно оказаться в ситуации, когда что-то пойдет не так.
– Арей, вы готовы? – Еще раз поинтересовался Бейбарсов, глядя на мечника немигающим взглядом. – Тогда встаньте сюда. – Некромаг кончиком бамбуковой палочки указал на центр звезды. – Ну, да помогут нам Мойры. – Глеб на мгновение закрыл глаза и глубоко вздохнул.
   Для начала он визуализировал проклятие, что бы его могли увидеть все присутствующие. Глеб решил придать наиболее близкую к истинному воплощению форму. Форму воронки, похожей на торнадо. Её нижний край касался темечка головы Арея и уходил высоко вверх. Цвета инферно было грязного мыльного раствора. То тут, то там мелькали черные или багровые сполохи. Верх воронки опасно раскачивался, готовый в любой момент прорваться.
   Глеб приблизился к краю октограммы и взмахнул палочкой, связывая на ней энергию ближайшей руны. С чего теперь начинать?! – на грани паники подумал Глеб. Тихо. Это очередной экзамен. Ты сам сказал час назад – нужно разрушить скрепы, связывающие заклятие! Вот и приступай! – попытался успокоить себя некромаг. Главное спокойствие.
   Бейбарсов закрыл глаза и затем снова открыл их. Теперь он смотрел на мир совершенно иными глазами. Как истинный некромаг, Глебу удалось войти между пластами реальности, между пластами, которым разграничивают смерть и жизнь. Воронка в этой межреальности была еще внушительнее. И тут царил страшный ветер - Глебу даже пришлось прищуриться, что бы что-то увидеть. Со стороны могло показаться, что он впал в транс – Некромаг замер, лишь размахивая палочкой, а глаза закатили, смотря на мир лишь белыми белками, волосы развивались, как от сильного ветра.
    Глеб долго вглядывался в воронку, в поисках хотя бы чего-нибудь, за что можно было зацепиться. Спустя какое-то время, он нашел первую составляющую заклятие "нить". Это была иссиня-черная жила, сверкавшая внутри воронки. Она была неподвижна, в отличие от беснующегося вокруг неё хаоса. Глеб потянулся тростью к этой жиле. Та опасно в ответ загудела, но ничего не произошло. Глеб коснулся ее тростью, и та лопнула, окатив его черной сияющей субстанцией. Конец жилы превратился в змеиную голову, усеянную множеством острых зубов, с которых капал яд. Глебу, охнувшему, по началу, от неожиданности, случайно отбил атаку змеи тростью. Та опасно зазвенела, а жила отдернулась, шипя, и готовя новую атаку. На этот раз Глеб был к ней готов, и когда змея бросилась повторно, схватил её за голову. Но при этом, глядя на распахнутую ядовитую пасть и едва стоя на ногах от напора твари, Глеб совершенно не знал, что делать теперь – старуха не рассказывала, как разрушать такие мощные заклятия. И тут краем глаза Бейбарсов заприметил сияющую сферу, которую вызвала светлая. Она, в отличие от воронки, не изменилась на этом пласту реальности. На ум пришел единственный выход – вцепившись в черную жилу мертвой хваткой, Глеб натянул тварь и перекинул жилу на сферу. Та, дико извиваясь и издавая душераздирающие звуки вцепилась в сферу. Воплощенная маголодия моментально покрылась сеткой черных жилок, а жила моментально распалась серым прахом. В этот момент, в реальном мире, погасла одна руна.
   Глеб отпрянул от вихря, что бы посмотреть на результат. Собственно, на первый взгляд нельзя было сказать, изменилось ли что-нибудь принципиально или нет. Лишь несколько серых "волокон" бессильно болтались, напоминая повисшие куски ткани, безвольно колыхавшиеся на ветру. Наверно, это был положительный знак. Но работа была не закончена...
   На первый взгляд, ничего больше, за что можно было бы ухватиться, не было. Глеб в панике озирался, пытаясь зацепиться хотя бы за что-нибудь. Единственным вариантом пока оставалось - это отсоединить пуповину, соединяющую Арея и вихрь. Но Глеб сильно сомневался, что ему хватит магических и физических сил на то, что бы удержать всю эту махину и успеть перенести её на сферу. И что будет после этого с Ареем, тоже было совершенно непонятно. Нужны были еще варианты. Глеб приблизился, насколько это было возможно к воронке.
   Та, после потери одного из "штифтов", удерживающих её в равновесии, и питающую её, стала менее стабильна и раскачивалась еще сильнее. Глеб решил попробовать обрезать каждую составляющую воронки отдельно и присоединять их к сфере. Еще раз выдохнув, Глеб кивнул самому себе. Да, план был определенно не очень удачным, но ничего иного не оставалось.
   Погасла вторая руна. Время шло, и магия крови заканчивалась. Глеб об этом пока не знал.
   Обрезав уже сотую или двухсотую нить, Глеб присоединил ее к сфере. Та уже не сияла белоснежным истинным светом. Её свет прижался и был уже грязным - шар был сплошь испещрен черными прожилками, то и дело попадались плавающие темно-грязные желтые, похожие на жир, пятна. В представлении Глеба прошла уже целая вечность, а вихрь стал слабее лишь частично. Во всяком случае, ветер дул уже не такой сильный и порывистый, как в самом начале. А еще Глеб чувствовал, что начинает очень сильно уставать - руки то и дело делали осечки и они дрожали.
   А тем временем уже половина рун погасла. Глеб по прежнему стоял неподвижно - лишь правая рука с крепко зажатой бамбуковой тростью двигалась, повторяя магические пассы Глеба астрального. Пот ручьями стекал со лба юноши и его била едва заметная дрожь.
   Разрезав уже полутысячную нить, Глеб наконец нашел еще одну сердцевину - внутри крупного пучка магических "нитей" билась крупная жила, похожая на аорту. Она и по характеру движения больше напоминала крупный кровеносный сосуд, толкающий куда-то наверх кровь? магию?. И цвета она тоже была красного. Следовало аккуратно перерезать этот магический сосуд. Бейбарсов аккуратно коснулся кинжалом до сосуда. Его моментально скрутила дикая боль. Где-то до внутреннего слуха донесся дикий мужской крик, а в глазах вспыхнули звезды. Глеб не понял кто это кричал - он сам, или оставшийся в реальности Арей, но боль он ощущал вполне реальную. Смахивая рукой слипшиеся от пота волосы, Глеб ошарашено посмотрел на бьющийся сосуд. Сглотнув, Глеб оторвал от рукава кусок ткани и закусив его, он вновь взялся за кинжал. Одним махом перерубив жилу, он уже заученным движением попытался перекинуть ее на сферу. Но адская, непередаваемая боль, не позволила ему это сделать - ему скрутило внутренности внутри, каждая клетка кожи обрела гиперчувствительность, и любой порыв ветра вызывал дикую боль. Охнув и не удержавшись, Глеб рухнул на колени, а бьющийся во все стороны сосуд принялся разбрызгивать свое содержимое, которое моментально воспламенялось. Спустя мгновение, все вокруг в межреальности уже полыхало черным пламенем. Стиснув зубы, Глеб с трудом поднялся с земли и попытался схватить край жилы. Безуспешно. Её край ярился и бесновался, не даваясь в руки. Шипя от боли и нечеловеческих усилий, Глебу все-таки удалось схватить край и прицепить его к сфере. Только сейчас Бейбарсов с удивлением заметил, что от сферы так же тянется вторая воронка, сливающаяся с первой. И она была больше той, что крепилась к Арею. Это означало, что коней близок.
– Я больше не могу... – Как сквозь вату услышал собственный голос Глеб. Тыльной стороной ладони он вновь отбросил волосы. Он даже не заметил, что вместо пота на нем был кровь. Пламя вокруг него мало по малу погасло. А он по прежнему не мог заставить себя вернуться к этому чудовищному проклятию. Но в какой-то момент он внезапно ощутил прилив сил, а боль постепенно угасла, как пламя до этого.
– Осталось совсем немного, - прошептал себе под нос Глеб и с трудом поднявшись, шатаясь, приблизился к остаткам воронки.
А может ну её? Рвануть, и дело с концом? – Устало, на грани отчаяния, подумал некромаг. Нет, нельзя. Я не справлюсь... А тем временем уже три четверти рун погасли.
   Очередной раз выдохнув, Глеб вновь принялся рубить нити воронки. С каждым разом это давалось все тяжелее и тяжелее. Руки била крупная дрожь. Самого некромага так же била крупный тремор. Горло пересохло, а сил становилось все меньше... Но воронка уменьшалась! Да, она уменьшалась с каждым разом!
   Когда Глеб, обливающийся кровавым потом, грязный и обессилевший упал на колени, он понял, что осталась одна, самая последняя жила. Толстая, как корабельный канат, абсолютно черная, притягивающая к себе взгляд - только задержи на ней свой взгляд, и от тебя самого не останется даже воспоминания! - она извивалась и шипела. Все. Это конец. Последний рывок. Это придало сил. Это было уже третье дыхание. Нужно было замкнуть сферу, перерубить эту жилу, и вместе с Ареем успеть выскочить из коллапсирующего пространства!  Глеб сам не верил тому, что эта операция почти подошла к концу. Встав, некромаг сжал кулаки.
– Раз. – Четко произнес он. Подойдя к извивающейся твари, Глеб уже твердым, осмысленным взглядом посмотрел на виновницу его страданий. – Два. – Кинжал медленно поднялся, готовый нанести удар. Закусив губу, Глеб начала глубоко дышать, прогоняя страх. – И... И.. - Наконец, собравшись с силами, он рявкнул:
– ТРИ! - Взмах руки, блеснула сталь, в этот же момент раздался очень высокий, на грани слышимости визг, мгновенно оглушивший Глеба. Но, готовый к такому повороту, некромаг не растерялся и схватил извивающийся канал, что бы перекинуть его на сферу. Но...
– Оооохх... – Тяжело выдохнул Глеб. Ноша оказалась просто не подъемной! Из-за резкого движения вперед, его спина прогнулась назад, а под весом воронки резко продолжила выгибаться туда же. Некромаг согнуло, практически как боевой лук. Послышался хруст в спине. – Оооох.... – Еще раз выдохнул Глеб, прилагая последний усилия, что бы вывернуться из этого положения и все-таки добить эту воронку. В этот момент сфера сама начала окружать некромага и Арея.
   Отпустив воронку, надеясь на то, что сфера успела коснуться этой твари, Глеб упал на Арея, тем самым выбивая его из центра звезды и вываливаясь вслед за ним в реальное пространство.
    В этот момент погасла последняя руна. Раздалась ослепительная вспышка света, лишив некромага зрения. За мгновение до того, как мрак накрыл Глеба, он успел заметить, что вокруг них обширное выжженное пространство.
Неужели не вышло?! – В отчаянии подумал некромаг. В этот момент он потерял зрение, а его догнала дикая боль в районе спины... После этого Глеб потерял сознание.

Отредактировано Глеб Бейбарсов (2015-06-18 03:04:11)

+2

45

Москва. Лосиный остров
Стиснув зубы, Арей наблюдал за тем, как вокруг него крутятся некромаг (одна штука) и светлая (одна штука), пытаясь спасти. Таким униженным Арей себя не чувствовал никогда… Ну или почти никогда! Когда  Дафна пыталась вытащить его изо всяческих передряг (чаще, откровенно говоря, вытаскивал он её) - рядом с ней находился Буслаев - это раз. Какой-никакой, а тёмный и бывший ученик. Да и Дафна была… М-м-м-м-м… Беглой стражиней на службе мраку. Но теперь же… какая-то неизвестная светлая и какой-то неизвестный некромаг! Спасали! Его! Первого мечника! Но Арей стоял, скрестив руки на груди, и ни во что не вмешивался. Свой инстинкт самосохранения Арей уважал… по пятницам. Тринадцатого. Обязательно после дождичка, прошедшего в предыдущий день. Когда пятница, тринадцатое приходилась на полное солнечное затмнение.
Тем не менее, Арей внимательно выслушал некромага. В конце концов, у мечника зватало ума доверять профессионалам, а в своём деле некромаг явно был профессионалом.
С некоторым интересом он наблюдал за тем, какие манипуляции проводил некромаг - словно со стороны. Словно это  происходило не с ним. Происходящее его нисколько не пугало и не шокировало - разве может шокировать кровь стража мрака?Ни кошачья, ни его… Хотя окажись Арей в другой ситуации, он ни за что бы не дал свою кровь. Но жить хотелось…
Он машинально ступил в центр звезды, куда указал ему некромаг, и через несколько мгновений наконец увидел, как  над его головой возникла страшная воронка. На какую-то секунду Арей вздрогнул, увидев всю мощь наложенного на него проклятия. Он задышал часто-часто, и вдруг почувствовал, как кто-то из груди начал выкачивать у него весь воздух. Словно рёбра сдавливал стальной железный обруч. Глаза застилала кровавая пелена… А некромаг что-то творил, чаровал… Арей этого уже не ощущал, не видел. Воздух вокруг становился жёстким и тягучим.
Наконец, что-то произошло во внешнем мире. Разом лопнули сдерживающие обручи; что-то страшное и тяжёлое навалилось на Арея, толкнув его - и тотчас мир взорвался болью. Такой страшной и жёсткой, что Арей потерял сознание.

+2

46

Москва. Лосиный остров
Прокручивая в голове такт за тактом, девушка попросту не заметила скептического настроя своего невольного союзника с тросточкой. И, в свою очередь, не дала себе самой погрузиться в сомнения, заглядывая в его юное лицо. Какая у них была разница в возрасте? Тысячелетия. И даже с учетом эдемского времяисчисления в самом мире смертных ей довелось прожить в общей сложности больше полутора тысяч. В пору бы усомниться, что даже со всей своей тёмной силой, мальчишка сумел бы справиться с таким проклятием. В одиночку и стражница не рискнула бы к нему подступиться, предварительно не заручившись поддержкой тех златокрылых, по чьей части было возиться с дудоч… пардон, с флейтами. Возможно, это было бы более мудрым решением. Однако сроки поджимали, да и завоевать доверие мечника в окружении вооруженных солдат небесной гвардии было бы куда труднее. Так что в целом сложившуюся ситуацию даже можно было счесть удачной. Но светлая не думала об этом – она вся сосредоточилась на музыке, и на тех формах, что должны были принимать её мысли.
Неуверенность, страхи – всё отступило. Не время было играть юную простушку, выпущенную из Эдема за красивые глаза. Что-то в облике Александры неуловимо изменилось, но едва ли это бросилось в глаза тёмным, занятым последней подготовкой. Взор девушки утратил остроту, словно она смотрела насквозь, а вместе с нею из неё словно исчезла вся человечность, давая истинному облику стража проглядывать сквозь маскировочную скорлупу. Она видела, как Глеб приманивает кошек, но её сосредоточенное лицо не дрогнуло. Даже в тот момент, когда пролилась первая кровь. Она не смотрела, как умирают в муках безвольные животные, не слушала их вой. Всё её внимание было сконцентрировано на воронке, и её собственной роли в её устранении. Пока проклятие было скрыто от взгляда смертного, но Саша давно переключилась на истинное зрение. Нельзя сказать, что увиденное совсем не пугало её. Вот только эмоции тут были совершенно не к месту.
Прежде, чем по просьбе Глеба протянуть ему руку, светлая колебалась. Всего какое-то мгновение, но в этот момент она успела подумать, что решение этой «проблемы» крылось не только в магии крови, в магии смерти, в смешении Света и Тьмы. Она испытала последнее сомнение, представив, как всё могло бы обойтись одними лишь светлыми силами, без убийств, без крови, без тёмных ритуалов. Вот только из светлых здесь была только она одна, и при этом не имела ни малейшего представления, как решать эту проблему. Она уже согласилась довериться некромагу, и теперь, наблюдая за ритуалом, решила принять и его, во всей его черноте. Капля её неестественно яркой светлой крови коснулась начерченной руны, после чего ранка мгновенно затянулась. Девушка слегка поиграла пальцами, прогоняя нервирующее ощущение укола, и вновь приготовилась к исполнению. Она уже могла себе представить, насколько сложным окажется следующая часть «спасения» мечника.
Но одно дело – представлять, и совсем другое – испытать на собственной шкуре. Полностью сосредоточившись, девушка не теряла концентрацию ни на секунду. Но с каждой репризой играть становилось сложнее. Сперва её сфера, окутавшая мечника, испытывала лишь лёгкое давление окружающей её тёмной магии. Но с тех пор, как разрываемое проклятие всё больше и больше впитывалось в неё, давление становилось всё сильнее и передавалось её хозяйке. Поначалу оно воспринималось лишь как дискомфорт, но, что самое неприятное, в какой-то момент, когда воронка раздвоилась, напирая на едва видимую под окружившим её проклятием сферу, светлая ощутила и боль. Та также нарастала, сетью охватывая тело и особенно руки. Играть становилось просто невыносимо, и даже со всей своей собранностью Саша успела подумать, что будь маголодия сложнее, хоть чуть-чуть, она бы сбилась уже сейчас. Она и так сбивалась, но, к счастью, рассеять сферу было не так-то просто. Однако с каждой такой промашкой проклятие успевало пробраться всё глубже.
Девушка не обращала внимания на то, в каком состоянии находятся её «коллеги». Она и на себя-то старалась не отвлекаться, используя все известные техники притупления боли. Поэтому когда сферы коснулась последняя, самая жирная нить проклятия, и та лопнула, Саша от неожиданности прервала игру. В уши ударила тишина. Неестественная, непривычная. Вспышка не ослепила светлую, так что она могла с удивлением наблюдать лежащие на грязной от крови и копоти земле тела Глеба и Арея. Пару секунд она всерьёз не понимала, можно ли считать это успехом. Затем она осознала, что больше не испытывает ни боли, ни давления, отчего, казалось, может воспарить и безо всякой магии. Взглянув под ноги, она обнаружила, что вдавило её очень даже неплохо – пришлось выдергивать ступни из податливой земли. Следом она оглядела всё пространство истинным зрением и только теперь, не увидев и следа мерзкой воронки, поверила, что у них всё получилось.
Время возвращаться к привычной роли.
«Вот это я за эйдосиками сходила…» – протянула она про себя и опустила флейту. Видение показало, что оба тёмных были живы и даже относительно здоровы. Большая удача. Впрочем, едва ли для Света. Её помощь по большому счёту не требовалась, а возможно, что могла лишь помешать. Её первым порывом был побег, тот самый, о котором она раздумывала ещё со времён встречи с Глебом. Но, судя по всему, не прислушиваться к этому желанию всё это время было только на пользу. Да и вполне в духе светлой было бы остаться и присмотреть за теми, кто волей-неволей оказал услугу Свету.
К барону она подходить не рискнула. Уж на него-то исцеляющие маголодии если и подействуют, то сам он вряд ли будет не в восторге. К тому же, скорее всего магия света лишь причинит ему новую боль, да и с самоисцелением у тёмных всегда всё было в порядке. Зато Глеб мог отреагировать на её магию куда более мирно, так что, вновь извлекая инструмент, девушка заиграла. Мелодия была спокойной, девушка отдыхала от пережитого потрясения и постепенно приходила в себя. А направлена магия была в первую очередь на само место, очищая последние следы недавней битвы с заклятием. Попутно она должна была помочь исцелиться раненному юноше, если тот не очнётся раньше и не вздумает помешать.

+1

47

Москва. Лосиный остров
Небытие было прекрасным. Тьма обволакивала со всех сторон, наподобие теплой воды. Тишина и покой - в забытии не было ни дуновения ветра, ни звука, ни запаха... Ничего, абсолютный мрак, спокойствие и тишина. Никаких эмоций. Никаких страданий. Ничего... Бездна. Глеб наслаждался долгожданным покоем. Не было никаких мыслей или чувств. Только осознание собственного Я, подвешенного где-то в пустоте. Было лишь созерцание самого себя... Но это уводило в глубины собственного подсознания и, рано или поздно, собственное Я столкнется с нерешенными проблемами, ошибками, неверным выбором, тем, что тревожило в жизни, и чего разрешить уже нельзя... И тогда это одиночество с самим собой станет адом. Вечным и не прекращающимся... Без веры и надежды на то, что это когда нибудь прекратится... Но это будет потом, а сейчас - блаженство. Лишь одна мысль пульсировала в сознании. Единственная живая жилка. Ее пульсация постепенно превратилась сначала в барабанный рокот, а потом превратилась в набат: "некромаг не может умереть. Ты жив. Некромаг не может умереть! Ты жив! НЕКРОМАГ НЕ МОЖЕТ УМЕРЕТЬ, НЕ ПЕРЕДАВ СОБСТВЕННОГО ДАРА! ТЫ - ЖИВ! Очнись!"
   Глеб подчинился своему внутреннему голосу и с трудом разлепил глаза. Даже тусклый солнечный свет, с трудом пробивающийся сквозь толщу серых московских туч, заставил зажмуриться и застонать. Глаза, после бархатистого мрака и тьмы, болели нещадно. Солнце жгло их и приносило лишь боль. Глубоко дыша, Глеб пытался привыкнуть к уже забытому солнечному свету. Вслед за этим в мир ворвались звуки. Их было множество, и они оглушали и тоже приносили боль. Хотелось зажать уши руками, но тело пока еще не слушалось Глеба. Зато язык вполне повиновался ему:
- Хватит! - Крикнул он в отчаянии, не размыкая глаз. - Хватит, - тихо, почти прося повторил он.
  Вслед за зрением и слухом вернулась боль физическая. Болел позвоночник - было ощущение, что сквозь него пропустили раскаленный добела металл. Он болел страшно. Эта боль отзывалась в каждой части тела - каждая клеточка вопила и кричала о боли. Глеб чувствовал руки, но он совершенно не чувствовал ног. Их как будто не было. Надо было открыть глаза и посмотреть, что случилось.
  Раз. Выдох. Два. Выдох. Три. Снова свет. Но он уже не так режет глаза. Перед глазами предстали лишь тени, которые мало помалу приобретали очертания. Спустя несколько минут, зрение окончательно вернулось к нему и Глеб разглядел как Александра, опустив флейту, смотрит на него. Глеб сцепил зубы - какой позор! Светлая вышла из этой заварушки без единой царапины! Повернув голову, Глеб увидел лежащего на земле Арея. Неужели не вышло? - вернулась, почти равнодушная мысль. Что бы убедиться в провале, Глеб мысленно потянулся к жизненной силе Арея, что бы посмотреть насколько тот жив или мертв. Ответка пришла моментально. Обжегшись, о слишком горячий жизненный поток Арея, Глеб дернулся и хмыкнул. Значит, все-таки получилось. Теперь следовало заняться собой. Почему он не может встать и что надо лечить?
   Глеб попытался подняться, оттолкнувшись руками, но безуспешно. Ноги не подчинялись вовсе.
- Мдааа.... - Протянул Глеб, понимая, что это признак одной единственной травмы. Перелом позвоночника. Значит, когда его тогда согнуло - не прошло незамеченным для этого бестолкового организма. Ну ничего, у некромагов хорошая способность к регенерации. Главное, что бы сил сейчас хватило.Благо столь банальная травма быстро залечилась и уже через пару минут, Глеб сумел подняться. Только вот засада - на регенерацию ушли последние силы и Глеб почувствовал, что иссяк. Сейчас он был как пустой кувшин и не был способен наколдовать даже самое элементарное заклятие. Это был чрезвычайно неприятный сюрприз. И сколько он будет восстанавливаться неизвестно. Бейбарсову захотелось совсем по лупохоидски непечатно выругаться. Но, ему удалось сдержаться. Он лишь буркнул:
- Спасибо за помощь. - Это было адресовано Александре.
  Отведя от нее тяжелый взгляд, Глеб смог наконец осмотреться. От увиденного он присвистнул:
- Огонь был не только в межреальности, но и прорвался сюда? - Их окружали уже прогоревшие остовы деревьев и пепел покрывал толстым слоем землю под ногами. - Интересно, и какой радиус у пожарища был? И что теперь делать с ним? - Глеб кивнул на Арея.
   А еще уже хотелось вколоть эту заколку куда нибудь (только не в глаз) , вернуться к тому клоуну, забрать награду и обходить всех стражей десятой дорогой. Дорого ему обошлась эта вылазка в мир лопухоидов, ох, дорого!

Отредактировано Глеб Бейбарсов (2015-06-27 15:55:52)

+1

48

Москва. Лосиный остров
Открыв глаза, Арей обнаружил себя лежащим на земле посреди такого пейзажа, живописности которого обзавидовался бы сам Тунгусский метеорит. Но мечник был жив - и это главное!
Высказав по привычке пару фраз, которые не пристало знать благовоспитаннным светлым (что касается некромагов - то они и похуже слышали) Арей приподнялся на локтях, а потом и вовсе встал. Голова кружилась просто… люди бы сказали - безбожно, но он, страж мрака, такими словами не раскидывался. А когда мечник сделал шаг вперед, то выяснилось, что качает его  знатно… Да и тело ломит.
Оглядевшись, Арей заметил посреди руин светлую с некромагом. Оба выглядели не самым лучшим образом и едва стояли на ногах. Плохо...
Арей мрачно посмотрел на светлую. На некромага. Как ни крути, они спасли ему жизнь. И теперь Арей был должен им… А Арей  не любил быть должен кому-либо, кроме самого себя. Ну что же, Долг платежом красен.. И лучше их… кх, спасти сейчас, чтобы потом они вдруг ненарком не предъявили каких-либо прав на его благосклонность… Ну, предположим, во время боя.
- Пошли со мной в Резиденцию, - рыкнул он, чувствуя себя премерзко. Если вдруг всё откроется - не миновать ему в очередной раз темниц Тартара. А с каждым своим посещенем оных темниц Арей понимал, что ему всё труднее и труднее покидать Тартар… - Там я вам хоть помогу… Не здесь же… "Да и силенок надо от Мрака набрать"

0

49

Москва. Лосиный остров
Маголодия прозвучала раз, второй… на третьей репризе стражница обессиленно опустила руки. Светлая магия не могла исцелить это место, и сучка выжженного не сдвинула. Некромагу, судя по всему, тоже лучше не становилось. Впрочем, почти сразу за тем, как девушка сдалась, тот шевельнулся и вскрикнул, приходя в себя. Едва встретившись с ним взглядом и удостоверившись, что тот в сознании, девушка опустила глаза, зная, как эти гордые ребята не жалуют сочувствия. Помочь ему она всё равно не могла, и сама порядочно исчерпав сил, так что оставалось лишь сохранить лицо и позволить это сделать остальным. К счастью, у того хватило сил исцелиться самостоятельно и встать на ноги.
– И тебе спасибо, – произнесла она в ответ на неожиданную благодарность. Конечно, некромаги не страшились этого слова как истинные слуги тьмы, но это не отменяло их презрительного отношения к подобным формулировкам. Впрочем, сейчас и впрямь был особый случай, поставивший невольными союзниками такие разные силы.
– Я не видела, как это произошло, – призналась она, переведя взгляд на пожарище. – Слишком сосредоточилась на игре. Но теперь… придётся позвать коллег, чтобы они тут всё прибрали, – вздохнула она, подозревая, что мрак озаботится подобной мелочью в последнюю очередь.
Оглянувшись на Арея, девушка спрятала флейту, решив лишний раз не нервировать тёмных. Да и играть снова теперь уж ей нескоро захочется. Ответа на последний вопрос Глеба она не знала, устало пожав плечами, но тот поспешил разрешиться сам: барон мрака очнулся. С трудом стоял на ногах, но, во всяком случае, был свободен от оков проклятия. Будь они с Сашей на противоположных сторонах баррикад, тёмная наверняка не упустила бы шанса коварно нарушить условное перемирие, тем более что о нём никто не договаривался. Однако сейчас светлая и помыслить не могла о нападении. Хотя бы потому, что ей гораздо больше хотелось упасть на что-нибудь относительно мягкое и предаться чарам Морфея, но и из привитого благородства, само собой, на фоне чего предложение мечника прозвучало неожиданно. Девушка вскинула брови, не уловив в приглашении посетить тёмную резиденцию ни грамма иронии и в то же время не спеша верить.
– Я откажусь, – после короткого замешательства произнесла она. Едва ли Арей замышлял подвох после всего пережитого, но общей опасности ситуации это не отменяло. – Буду лишней, – зачем-то пояснила и так очевидную вещь. – У меня хватит сил добраться до своих, так что… вам не стоит обо мне беспокоиться.
Её губы невольно тронула улыбка. А вдруг и правда будут? Неслыханно! Но скорее уж оба просто не хотят ощущать себя чем-то обязанными светлой девчонке.
– Я не считаю кого-то из вас должным мне. Избавление от такого проклятия только на пользу Свету! – произнесла она твёрдо, где-то в глубине души на миг поколебавшись, а не лишает ли себя этим шанса, который однажды может стать для неё единственным?

0

50

Москва. Лосиный остров

– И тебе спасибо. - Прежде, чем Глеб успел что-то ответить, за него ответил кто-то, разразившийся непечатной лексикой. Глеб обернулся на голос. Это пришел в себя Арей. Прелестно. Видимо, его приложило все же хорошо. - Где-то на задворках сознания проскочила мысль и исчезла.
  Все шло к тому, что светлая должна была исчезнуть, оставив после себя лишь порхающие лепестки цветов и приятный запах амброзии... От этой мысли Глеб махнул головой - столь пошлая мысль пришла из-за одной маггловской книжонки какого-то лопухоида, который попытался изобразить мир магии... Но получилось это слишком уж уныло... Да что же такое! Глеб незаметно ущипнул себя - мысли разбегались как тараканы. И всё не туда. Итак, исходя из ситуации светлая должна была думать о том, как исчезнуть. А эта дурацкая шпилька все еще лежала в кармане и не оказалась на голове у светлой. Чем скорее Глеб выполнит это задание, тем скорее он распрощается со всей этой стражней братией. Все будут счастливы и довольны. Кстати о шпильке. Интересно, она выжила? Хотя, чего ей станется... В Тартаре и не такое случается. Наверно. Глеб сунул руку в карман и убедился, что артефакт на месте и ничего с ним не стало. Прекрасно.
Но теперь… придётся позвать коллег, чтобы они тут всё прибрали - Глеб пожал плечами.
- Можно и так оставить. Пускай люди развлекаются. Не лишай их такого удовольствия, - хмыкнул Глеб, вспоминая, как он у какой-то бабульке на московской квартире смотрел телевизор, по которому транслировали удивительно глупую передачу, которая рассказывала о том, что физики утаивают от простых обывателей факт того, что параллельные миры существуют и они вовсе не параллельные, а кошки могут путешествовать в пространстве и времени... Глеб, пока пил чай несколько раз мог захлебнуться им. Бабулька так и не поняла, что так веселило ее квартиранта. Ей же лучше.
  - Пошли со мной в Резиденцию. - Внезапно то ли приказал, то ли предложил мечник, вырастая как из-под земли между Александрой и Глебом. Некромаг поморщился - воткнуть эту чертову шпильку стало еще сложнее. - Там я вам хоть помогу… Не здесь же…
  Заглянуть в резиденцию мрака было определенно интересно. Только вот, была опасность того, что оказавшись там, он так просто оттуда уже не выйдет. Одного раза ему хватило с головой... Глеб вздохнул. Видимо, раз связавшись с мраком, отделаться от него уже было либо очень сложно, либо, что вероятнее, не представлялось возможным. Это печалило. Но с другой стороны, там он куда быстрее восстановит силы, чем будет продолжать болтаться по Москве.
– Я откажусь. - Глеб скрипнул зубами. Плохо, что светлая отказалась. Но это было очевидно как то, что ночью темно.
– Я не считаю кого-то из вас должным мне. Избавление от такого проклятия только на пользу Свету! - Глеб закатил глаза. Ох уж этот пафос. В этот момент Глеба осенило - волосы на голове у Александры растрепались. Хотя до недавних событий они были собраны и заколоты. Вот и появился повод избавиться от шпильки. Подойдя к девушке, Глеб на заметно выронил шпильку под ноги стражу и протянул руку:
- Приятно было познакомиться и работать в тандеме. Но я долгами разбрасываться не буду. - На этих словах Глеб усмехнулся. Он не станет разбрасываться такими полезными вещами, как долг крови, чести, жизни и прочего. Хотя он не был уверен, что Александра ему была что-то должна... Тут получился такой запутанный клубок, да еще среди стражей, что Глеб не был уверен, что правильно сделал, сообщив об этом Александре. Ну формулировка получилась такой, что обращена она была ко всем сразу и тот, кто был должником, понял бы что это его касается.
- У тебя прическа испортилась, - хмыкнул некромаг. Опустив глаза, Глеб заметил сразу несколько шпилек. - Твое железо для головы лежит под ногами. - Глеб отпустил руку Александры и, вскинув бровь, попрощался. - Не думаю, что встреча была случайной. И не думаю, что последней. Так что, до встречи. - После сказанного, Глеб повернулся к Арею.
- Пожалуй... - Глебу хотелось сказать "Я откажусь от вашего предложения", но сказал совершенно другое, - я соглашусь на ваше предложение. - Бейбарсов моргнул. Видимо, телу очень уж хотелось вернуть себе могущество, раз оно не подчинилось мозгу. Но сказанное не вернешь. Надеюсь, от этого будет еще какая-то дополнительная польза, - подумал Глеб, приближаясь к Арею.

Отредактировано Глеб Бейбарсов (2015-07-16 00:52:11)

+2

51

Москва. Лосиный остров
«Оставить всё так, и позволить духам мрака открыть здесь очередную точку сбора экстрасенсов? Сомнительное удовольствие», – хмыкнула Саша, скользнув взглядом по выжженной земле, но вступать в дискуссию не было сил. «Хотя если использовать это место как приманку и устроить охоту, затесавшись в их кружок… может получиться забавно».
Девушке на секунду показалось, что Глеб остался недоволен её словами об уходе. В иное время она сочла бы это подозрительным и доверилась бы чутью, но сейчас усталость брала своё, и вместо того, чтобы озадачиться очередным дружелюбным жестом со стороны некромага, она лишь с улыбкой ответила на него, пожав протянутую руку.
– Не сомневаюсь, – добродушно усмехнулась светлая после его фразы о разбрасывании долгами. «Не думала, что скажу это, но…» – Я тоже рада нашему знакомству.
Опустив глаза вслед за ним, девушка невольно провела свободной рукой по волосам.
– Ой, – точно, пряди растрепались. – Благодарю.
Едва Глеб отпустил её руку, девушка тут же машинально наклонилась и подобрала шпильки. Полу-осознанно отряхивая их от золы, она вновь перевела на юношу взгляд и пожала плечами:
– Кто знает… – задумчиво произнесла светлая, но некромага уже явно не интересовало её мнение на этот счёт, ведь пришла пора ответить и другому стражу. Согласился? Занятно. А ведь явно колебался. Или опять показалось?
Александра и сама бы не упустила случая прогуляться по вражеским владениям. Вот только она там уже бывала, и ничем хорошим, говоря начистоту, для неё эта экскурсия не закончилась. Да и зачем лишний раз напоминать о том случае и врезаться в память потенциальному противнику, который может узнать её в совершенно неподходящий момент позднее?
– До встречи, – не без иронии улыбнулась она уголками губ, всё же решившись повторить прощание за некромагом, но на этот раз обращаясь ко всем сразу. Затем, не тратя больше времени, светлая чуть отставила ногу и повернулась вокруг своей оси. Едва завершив полный оборот, она просто растворилась в воздухе безо всяких спецэффектов, оставив после себя лишь аккуратный круг в слое пепла.
Москва. Светлая резиденция
Материализовавшись у порога, девушка едва не потеряла равновесие и навалилась на дверь, буквально залетая внутрь. Однако некому было лицезреть фееричное появление потрёпанной секретарши. Для светлых владений это было нередким явлением, так как эдемским жителям приходилось частенько возвращаться на родину и подолгу задерживаться там. Первым делом девушка направилась в кабинет Накилона. Начальство отсутствовало, но вряд ли надолго, так что отчёты об успешной миссии никто не отменял. После всего произошедшего в пору было забыть о простеньком задании забрать эйдосы, зато оно было последним в длинном списке, после чего можно смело вычеркивать себя из мира бодрствующих на сколь угодно долгий срок.
Оставив шкатулку с эйдосами прямо на столе, светлая, наконец, добралась до своей комнаты и упала на кровать. Уже в полудрёме она всё-таки удосужилась снять с себя пыльные кеды и вынуть из волос чёртовы шпильки, которые прежде на автомате заправила обратно в причёску…

::::::::::> Мой любимый враг

+1

52

Москва. Лосиный остров
Нет, конечно, Арей не надеялся, что светлая запрыгает от радости, кинется к нему на шею и примется благодарить за  вежливое приглашение погостить в резиденции  Мрака. И всё же, он был уязвлён. Слишком пренебрежительно, как показалось мечнику, девчонка отреагировала на его приглашение. А ведь он ради неэ собирался нарушить кучу мыслимых и немыслимых правил…  Неудивительно, что Арей почувствовал себя слегка уязвлённым.  Да что там «слегка»  - сильно уязвлённым!
- Что же, светлая, ступай, - буркнул он, едва удержавшись от соблазна уронить: «И скажи спасибо, что я отпускаю тебя живой». - Полагаю, мне нет нужды просить тебя о необходимости сохранить произошедшее в тайне? По головке не погладят ни тебя, ни меня…
«Прежде всего - меня»…
Арей проводил мрачным взгядом светлую, исчезнувшую так быстро и так эффектно. Не спаси она ему жизнь - одной бы флейтой в коллекции мечника стало больше. Хотя кого он обмануть  хочет? Он же не дерётся с женщинами...
Некромаг оказался куда как более вежлив. Хотя при взгляде на него Арей и колебался в правильности принятого решения. Тащить некромага в  Резиденцию было куда как более рискованно, чем светлую. Но ничего не поделаешь…
- Пошли, спаситель, - сказал мечник, едва-едва удержав тяжёлый вздох. Повозившись какую-то минуту, Арей быстренько сварганил телепортационный круг и вежливо - пожалуй, даже чересчур - указал на него некромагу.
- Прошу!
В голове билась одна мысль: "Только бы никого в приёмной не было… Только бы никого не было..."

0


Вы здесь » Мир Стражей » [Зеркало Апокалипсиса] » Игры в кошки-мышки