Мир Стражей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Стражей » [Воображариум] » Даже у тех, кого любим, найдётся свой скелет в шкафу


Даже у тех, кого любим, найдётся свой скелет в шкафу

Сообщений 21 страница 29 из 29

21


Сырая холодная осень внезапно превратилась в зиму, ледяной стужей напрочь сковавшая сердце бывшей валькирии. Казалось весна никогда не придет. Она прижалась к Матвею. словно желая стать с ним единым целым. Если ученик волхва умер, то со стороны света было бы крайне милосердно отправить ее в сражение, одну, против десятка стражей мрака. Она замерла, в напряжении вглядываясь в черты его лица. Отчаяние и пустота казалось, заполнили и поглотили эту чистую любящую душу. Лицо Матвея расплывалось, весь мир куда-то плыл. Трехкопейная дева промокнула рукой глаза. Она скорее почувствовала, чем увидела, что ученик волхва, он же Матвей Багров пришел в себя. Девушка отняла руку от лица и некоторое время в молчании, затаив дыхание, смотрела на лежавшего, на полу парня. Она верила и не верила. Боялась сделать лишний вздох, который сорвавшись с губ, развеет сон, и вернет в новую реальность. В жизнь без Матвея. Этой жизни бывшая валькирия не хотела. Со стороны, наверное, это было странно. Лежащий на далеком от стерильности полу парень и обнимающая его заплаканная девушка смотрят друг другу в глаза. Во взгляде каждого – недоверие, и намек на возможное счастье. Впрочем, удивляться было некому. Приют принадлежал только им двоим, а любой комиссионер расплавился бы в смертельной тоске, лишь ощутив эмоции, царящие в двух любящих сердцах. Правда комиссионеры и суккубы сюда бы не сунулись – эти гадики отлично понимают настроения.
Ирка не могла заставить себя отвести от ученика волхва глаз. Первым пришел в себя именно он. Осторожно коснувшись ее лица, Матвей разрушил грань между реальностью и явью. Осознав, что Багров жив, девушка радостно вскрикнула и сильнее стиснула его в объятиях. Уткнувшись лицом в его плечо, она поняла, что снова плачет. На этот раз от радости. Слова звучали глухо, речь была отрывистой.
- Жив! Ты жив! Я думала… - поток бессвязных снов, она пытается успокоиться. Но сильная радость, сменившая не менее сильное горе, не давало ей даже возможности сориентироваться на том, что она говорит. – Я боялась… Я…
Матвей задал вопрос. Ирка отстранилась от него. Предшествующие воскрешению Багрова события почти вылети из головы. А ведь о них необходимо рассказать. Но как объяснить то, что для самой остается загадкой? Она знала одно – Матвея вернул свет. Но как объяснить это Багрову? Особенно когда состояние от радости близко к помешательству. Девушка села на пол, подобрав под себя колени. Кинула задумчивый взгляд, на лежащее копье каменного копья.
- Я, по правде сама не знаю, как это произошло, - нерешительно начала она. – Копье появилось, в виде косы. Я поняла, что оно пришло забрать тебя. Я схватилась за нее…
Она замолчала, пытаясь вспомнить.
- Было больно, - тихо сказала она, вспомнив то самое ощущение, что поразило ее, едва она взялась за древко. Украдкой Ирка взглянула на свои ладони. На них еще оставался красный след. Как от ожога. Но это было уже не важно. – Коса металась как безумная. И каким-то образом, в общем, на ней оказался камень пути. И я коснулась косой тебя… - Бывшая одиночка замялась, вспоминая дальнейшие действия. – Вернее она сама рвалась… Она замолчала.
- Камень пути. Он теперь вновь с тобой. Матвей, пожалуйста…
- завершила она и взглянула на Багрова. Робко, смущенно оборвала последнюю фразу, как сказать: «не оставляй меня больше никогда»? Девушка надеялась, что ученик волхва поймет все сам.

+2

22

Ирка отстранилась от Матвея и пересела на колени. Понимая что ей будет не удобно так говорить, некромаг то же пересел. Слегка подтянув к себе ноги и положив руки на колени, ученик волхва готовился слушать. Однако пока девушка не начала, Матвей поднёс руку под футболку и прислушался к сердцебиению. Некромаг не почувствовал под своей рукой никаких ударов. Списав всё это на ещё не до конца освоившееся, задубевшие руки, ученик волхва стал слушать трёхкопейную деву.
- Я, по правде сама не знаю, как это произошло, копье появилось, в виде косы. Я поняла, что оно пришло забрать тебя. Я схватилась за нее… Было больно. Коса металась как безумная. И каким-то образом, в общем, на ней оказался камень пути. И я коснулась косой тебя…Вернее она сама рвалась…  Камень пути. Он теперь вновь с тобой  - произнесла Ирка. Было видно, что всё это она сделала не специально, а скорее по наитию, которое так часто приходит к нам в нужные моменты.
Слова девушки поразили некромага. Значит теперь он не зависит от Мрака, а к нему вернулся его прежний талисман, и теперь Матвей сам сможет держаться на плаву, без всякой помощи. Но это конечно не значит что некромаг уйдёт от Ирки. Таким образом ученик волхва и трёхкопейная дева избавились сразу от двух зайцев. Зайцев мрака, которые отравляли им жизнь - первый заяц был тяжёлым бременем, который заставлял Ирку делать то что она не хочет, а второй, был серьёзным предметом манипуляции, ведь с его помощью Мрака воздействовал как на некромага, так и на бывшую валькирию. Но теперь этих предметов нет, и они полностью свободны... Хотя конечно не всё так радужно. Матвей был бы счастливее, если бы Ирка принадлежала только ему, без каких либо посредников в виде Света или Мрака. Но  даже и теперешний вариант вполне устраивал некромага.
- Матвей, пожалуйста… - были последние слова Ирки, перед тем как она замолчала. Матвей прекрасно понял что она хоте сказать. Но ученику волхва захотелось это услышать. Он резко пересел ближе, встав напротив девушки на колени. Потом долго смотрел в глаза,пытаясь отыскать ту искорку счастья и задора, которая была в это момент в нём самом.
- Только скажи... - прошептал Матвей, и поцеловал девушку в губы, однако пока не переходя дальше, ожидая ответит ли та взаимностью.

Отредактировано Матвей Багров (2013-12-04 17:09:03)

+1

23

Странный день, невероятный мир, нежданное счастье. Ирка бросала в сторону Матвея красноречивые взгляды, стараясь вложить в каждый всю душу, всю любовь. Она знала, что потом, за этим невероятным днем чередой последуют другие, возможно еще более невероятные. Знала, что Земля так же будет продолжать свой неторопливый ход вокруг Солнца. Понимала, что на Земле вновь и вновь своим чередом будет идти жизнь. Позже они отдадут Брунгильде  копье. Она обязательно признается в своем проступке свету. Потом будет еще долго возвращаться к сегодняшним событиям. Перебирать по капле каждое мгновение. Позже она будет размышлять о странном поведении косы-копья, и вероятно посвятит этим размышлениям не одну запись в своем дневнике. Но все это будет потом. Не сейчас. Не в этот вечер. Сегодня огромный мир, с солнцем, странами, городами сузился до одной маленькой комнаты и до одного человека с фамилией багрового цвета. Ученик волхва, некромаг с даром, который можно назвать проклятием, так как он изначально не может нести в себе ничего светлого и доброго. Ироничный, нагловатый, насмешливый, порою безрассудный… Если покопаться в Багрове тщательно, можно было найти недостатков воз и маленькую тележку. Но трехкопейная дева не желала этого делать. Она понимала его и принимала. Любила таким, какой есть. Она вела его за собой, но и он помогал ей твердо стоять на ногах. Двое, идеально дополняющие друг друга…
Случайный светлый страж залюбовался бы сейчас сиянием эйдоса трехкопейной девы. Крохотная искорка сверкала ярче, чем когда-либо. Но светлых поблизости не было, и потому Приют валькирий на время преобразовался в маленький мир для двоих.
Ее слова повисают в воздухе, однако ученик волхва уже давно освоил общение без слов, и понял все. Он оказался рядом с ней, сокращая увеличенную ею же дистанцию.
- Только скажи... – слышит она его шепот. Что сказать? Как сильно его любит? Разве могут бедные, скудные слова вместить в себе всю полноту этого чувства. Она ощущает его поцелуй. Чувствует, как кружится голова… Комнату, словно охватывает полупрозрачная дымка. Руки девушки вновь обнимают юношу, а губы отвечают на поцелуй. Сердце в груди при этом колотится точно после пробежки. По всему телу бегут приятные волны. Воистину странный день.
- Я хочу быть с тобой, - шепчет она, на миг, разрывая поцелуй и встречаясь взглядом с Матвеем. – Я хочу быть твоей. – При этих словах, на щеках девушки ярким румянцем вспыхнули розы. Но тем не менее она не отводила взгляда.

Отредактировано Ирка (2013-12-05 21:32:06)

+1

24

Когда Ирка ответила на поцелуй, губы Матвея преобразились в скромной улыбке. Однако когда некромаг услышал ее первые слова, то в глазах ученика волхва появилась искорка блаженства. Ему было безумно приятно слышать эти слова. Но когда трёхкопейная дева на этом не остановилась, а пошла дальше и немного изменила слова в фразе, но кардинально изменила значение, то Матвей бросил страстный, полный обожания взгляд, и вновь прильнул к губам девушки. На этот раз некромаг не стеснял себя в движениях, обнимая Ирку. Ученик волхва проводил по волосам девушки, плавно переходил на лицо, щеки, шею, спину, бедра. Продолжая страстно целовать девушку, Матвей поднялся с колен и повлёк ее за собой. Двигаячсь спиной вперёд, некромаг никуда не врезался, обходя все препятствия, так как отлично знал дорогу до комнаты Ирки. Войдя в комнату, ученик волхва немного отстранился от девушки, проверяя истинное ли это желание или скорее скорее из за чувства некой благодарности перед некромагом. Для этого улыбнувшись и на миг скользнув в её мысли, Матвей пришёл к самому приятному для себя выводу, что чувства девушки идентичны чувствам некромага, однако в мыслях она немного смущена таким поведением со стороны обоих. Однако в Матвее такого смущения не было и своими прикосновениями, он попытался расковать девушку.
Этот день становился ещё  более знаменательным для их отношений, и поэтому юноша немного боялся сделать что-то не так. Это выдавала небольшая дрожь в руках. Однако поборов её, Матвей стал медленно поднимать вверх футболку Ирки. Когда некромаг почувствовал что та не против, из уст ученика волхва вырвался благодарный и немного виноватый возглас. Но боясь что девушка передумает из-за его нерешительности, Матвей продолжил раздевать Ирку. Повалив её спиной на кровать, некромаг оказался сверху девушки. На несколько мгновений Матвей перестал покрывать лицо и шею поцелуями, а занялся нижней частью одежды. Когда с ней было покончено, ученик волхва стал нежно целовать губы Ирки, щеки, шею, опускаясь ниже... Грудь... Следующие моменты как был раздет он сам Матвей не помнил, как и не помнил того, как освобождал Ирку от стеснений нижнего белья. Зато память некромага чётко захлестнула ту бурю чувств, которые вызывали в нём близость полностью обнаженного тела девушки и момента, когда они стали единым целым. Матвею казалось что он полностью растворяется в Ирке, после того как столько времени желал её. Почувствовав руки девушки на себе, Матвей понял что теперь может успокоиться в её объятиях. все движения казались новыми и неожиданными, но в то же время древними и известными. Некромаг понял что Ирка звала его к жизни, позволяя держаться за неё. Это Матвей и делал, не отпускал из своих объятий, и каждый воспроизводя движения, то приближаясь к девушке, то наоборот отдаляясь. Эти движения становились всё жёстче. Некромагу нравилось чувствовать под собой тело Ирки, нравилось ощущать его теплоту, запах, как девушка извивалась под телом юноши. И наконец как стонала. Эти звуки были высшей наградой для ученика волхва, музыкой ангелов, пением райских птиц.

Отредактировано Матвей Багров (2013-12-08 16:03:26)

+1

25

Во взгляде Матвея вспыхнуло что-то, что заставило ее смущенно опустить взгляд. В следующий миг его руки притянули ее к себе. Вновь поцелуй. На этот раз он был другим, более требовательным, более страстным. Девушка ощутила, как на нее накатывает какое-то странное, неизвестное раньше состояние, некая беспомощность, мягко лишающая воли. В вооруженном столкновении между разумом и чувством, мозг потерпел сокрушительное поражение. Головокружение точно усилилось, она ощутила, как почва уходит из-под ног. Ее обдавало то холодом, то жаром, колени у нее слабели и ноги подкашивались. Единственным надежным и крепким были объятия Матвея. В них было не страшно утонуть. От каждого прикосновения  по нервам пробегает ток, пробуждая в ней ощущения, каких она прежде не знала и не предполагала, что способна познать. Она точно погрузилась в упоительный мрак и крепко прижалась к Багрову, который казался сейчас единственной опорой в этом безумном, шатком мире. Она доверилась ему, с готовностью утопая в сладостном полумраке, и позволяя увлекать  за собой.
Оказавшись в спальне, она быстрым взглядом окинула комнату и царящий в ней беспорядок. Или вернее ее творческий порядок. Для первого раза обстановка могла быть несколько романтичней. Но следующие действия Багрова напрочь вытеснили из головы все мелкие бытовые нюансы, чувствуя его нерешительность, при стягивании футболки, Ирка прижалась к нему, вновь целуя в губы. Ответом на это действие был легкий толчок, она повалилась спиной на кровать, но при этом не выпустила из объятий ученика волхва, увлекая его за собой. Мстя за снятую футболку, девушка расстегнула пуговицы рубашки, робко касаясь губами его обнаженного торса, стягивает ненужный предмет и отправляет вслед за своей футболкой. Тем временем сам Багров не терял времени даром. Последние детали одежды капитулировали под натиском некромага. Бывшая валькирия одиночка издала судорожный вздох, ощущая беспомощность и легкое напряжение. Сердце билось неистово, дыхание участилось точно после привычной пробежки по Сокольникам,  однако волнение, которое охватило трехкопейную деву, ничуть не уменьшало ее желания, которое она испытывала наравне с Матвеем. Девушка закрыла глаза, пытаясь совладать со своими эмоциями и сосредотачиваясь на новых ощущениях. Нежные прикосновения любимого возымели нужный эффект – Ирка обмякла. Теплые волны охватили ее тело, разжигая желание. Сгореть в одном огне вместе с ним… Она открылась навстречу этому пламени, впуская его в себя. Несмотря на то, что боль была ожидаемой, бывшая валькирия не смогла подавить легкий крик. Зажмурившись, трехкопейная дева судорожно уцепилась пальцами за смятую под тяжестью двух простынь. Охватившие ее ощущения, отняли у Ирки чувство времени. Эмоции наполняли ее существо новой жизнью. Наконец боль отступила прочь. Руки бывшей одиночки вновь обвились вокруг шеи некромага, с губ сорвался легкий стон, который прервался в один из моментов, когда ученик волхва несколько увлекшись и не соизмеряя сил, случайно вновь причинил ей боль. Новый слегка приглушенный крик, и покрасневшие полоски, оставленные на память спине ученика волхва.
- Я люблю тебя, - прошептала она ему на ухо.

Отредактировано Ирка (2013-12-10 19:03:48)

+1

26

Следуя желаниям своего тела, Матвей продолжал наращивать темп, пока не услышал тихий вскрик Ирки, не похожий на другие. Вместе с этим, некромаг почувствовал как ему в спину впиваются ногти девушки, и она с силой проводит ими.
- Ой... Дурак ей же больно - тут же понял ученик волхва, и стал замедляться. Теперь его движения стали более нежными, бережными. Он снова боялся увлечься и поэтому остановился, ближе притянувшись к Ирке. Матвей был очень виноват из за такой беспечности, и теперь старался искупить свою вину, целуя девушку в губы, проводя руками по лицу, шее спине. Некромаг старался передать свои извинения, через прикосновения и слова.
- Пожалуйста... Я не хотел... Мне хорошо с тобой. Ты лучшее что у меня было. - тихо шептал некромаг, крепко обнимая Ирку - Расслабься, всё хорошо... Я тоже тебя люблю.
Почувствовав что девушка расслабилась в объятьях юноши, и поверила в его слова, Матвей снова стал совершать поступательные движения, но на этот раз был предельно чутким и нежным.
Некромаг немного отстранился, и быстро оглянув комнату, понял что это не самое лучшее место для первой ночи с любимым человеком, как для юноши, так и для девушки. Раньше это было не так важно для Матвея, но всё же хорошая обстановка возможно поможет расслабиться Ирке. Ученик волхва сделал небольшое усилие и комнатку озарил красновато-розовый цвет. Огонёк завис над потолком, источая приглушённо-мягкий свет. Однако этого ученику волхва показалось мало и вокруг заиграла музыка, лёгкая как пушинка, порхающая как бабочка, светлая как солнце. Эти звуки казались Матвею самыми подходящими для этого момента.
Ученик волхва шептал на ухо девушке как ему хорошо, как приятно, как ему нравилось что этот первый раз у некромага был именно с ней. Девушка отвечала взаимностью, и это очень нравилось Матвею. И вот когда юноша наконец нашёл правильный темп, он почувствовал огромное облегчение и чувства удовлетворённости. Глаза закрылись, а тело на несколько секунд словно парализовало.
- Оооххх... - вырвался тихий вскрик из уст Матвея, и юноша наконец смог расслабиться. Некромаг провёл рукой по щеке Ирки и поцеловал в губы. Ему не хотелось отпускать этот момент блаженства, и ученик волхва продолжал целовать лицо девушки, гладя руками её тело.

Отредактировано Матвей Багров (2013-12-13 19:30:37)

+1

27

Болезненное ощущение заставило бывшую валькирию зажмуриться. Голос Матвея прорвался к ней словно сквозь пелену мельчайших огоньков, которые сейчас наполняли тело трехкопейной девы, тем странным электрическим током. Багров, не прекращая движений, буквально вдавливал ее в кровать. На какой-то момент, бывшей одиночке начало казаться, что доступ к кислороду вот-вот прекратится. Крик, который Ирка тщетно пыталась подавить и красный узор на спине заставили юношу вспомнить, что перед ним отнюдь не искушенная плотскими утехами ведьма, а хрупкое создание, которое еще недавно было невинным существом. Его движения замедлились. Из губ бывшей одиночки невольно вырвался облегченный вздох, но глаз она пока не открывала.
- Пожалуйста... Я не хотел... Мне хорошо с тобой. Ты лучшее, что у меня было, - сквозь паутину спутанных мыслей услышала она тихий шепот Багрова. Мысль невольно завертелась вокруг его слов. Минувшие события вспомнились с мельчайшими подробностями. Она сама сотрясающаяся от бессильных рыданий над бездыханным телом ученика волхва. Багров мог уйти туда, где для него не было бы возврата. Запоздавший страх на миг парализовал ее.  - Расслабься, всё хорошо... Я тоже тебя люблю. – Только последующие слова Матвея смогли разрушить холодную стену того ужаса, что охватил ее при мысли о возможной смерти любимого. Его поцелуи и прикосновения, наполненные нежностью, создали в мыслях бывшей валькирии ощущение защищенности. Если она лучшее, что у него было, то он, несомненно, лучшее, что у нее есть. Трехкопейная дева открыла глаза и встретилась взглядом с Багровым.
- Я сама этого хотела, - отчетливо произносит она, отвечая на один из поцелуев, которыми одарил ее ученик волхва. Освещение в комнате неожиданно изменилось. Послышалась приятная музыка.  Чарующая атмосфера волшебства, созданная, как Ирка догадалась Багровым, для того, чтобы помочь ей расслабиться, оказала необходимое влияние. Один вечер, избавление от косы, поцелуи и ее первый раз, с тем, кого любила больше собственной жизни. Девушка постаралась как можно сильнее расслабить мышцы, чтобы дать возможность некромагу набрать нужный темп.
Вскоре она ощутила в его движениях нечто новое. Казалось, по телу Матвея пробежала судорога, его прикосновения неосознанно вновь приобрели жесткость.  Ирка невольно прижалась к нему плотней. Она ощутила, как внутри нее разливается что-то тёплое. С губ некромага сорвался стон. На некоторое время он замер, упиваясь происходящим, и затем вновь прокрыл ее лицо поцелуями. Трехкопейная дева не отвечала, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Наконец она с силой вздохнула и стиснув Матвея в объятиях так сильно, как только могла, горячо зашептала, беспорядочно, как ребенок, просящий помощи свыше.
- Скажи, что больше не попытаешься уйти. Ты мое все, - прошептала она, в ответ целуя Матвея.

Отредактировано Ирка (2013-12-14 20:08:32)

+1

28

Матвей ещё долго лежал рядом с Иркой, целуя её и думая о сегодняшнем вечере. Несомненно всё произошедшее останется в памяти некромага до конца жизни. Ученик волхва продолжал обнимать бывшую валькирию и вспоминать всю бурю чувств которую испытал, как вдруг Ирка прошептала:
- Скажи, что больше не попытаешься уйти. Ты мое все - она говорила это так умоляюще, что сердце Матвея сжалось. Некромаг перестал целовать девушку и высвободился из её объятий. Он не мог обещать бывшей валькирии это.
- Как же она не понимает, что я не могу сказать... Если понадобится отдать за неё жизнь, я же не раздумывая сделаю это. Да и она то же за меня отдаст... - размышлял ученик волхва. Матвей резко сел на кровати. Оглянувшись через плечо и посмотрев на Ирку, некромаг снова отметил как же она прекрасна. Мягкий розовый свет падал на лицо девушки, разливался по её обнажённому телу... Ученик волхва накинул на неё одеяло, что бы хоть как то скрыть эту манящую наготу тела. Матвей провёл рукой по лицу и стал быстро одеваться. Это было очень проблематично, так как все его вещи были разбросаны по комнате и валялись в разных углах. Некромаг нашёл только штаны и рубашку. Но большего было и не надо. Облачившись в них ученик волхва стал уже выходить из комнаты, но вдруг остановился у двери.
- Нет, так нельзя - подумал некромаг и вернулся к Ирке.
- Послушай, я очень люблю тебя - начал он - И боюсь потерять. Особенно теперь, когда ты стала трёхкопейной девой. И если мне... - не став договаривать, Матвей провёл пальцами по губам девушки, легко поцеловал, и вышел из комнаты закрыв дверь. Ученик волхва прошёл по всему Приюту Валькирии, и направился к люку. Отворив его, Матвей спустился вниз. Ему нужно было охладится.
На улице было холодно и сыро. Изо рта вырывались лёгкие клубы пара. Немного остыв, некромаг решил  пробежаться, полностью отдавшись этой ночи. Ученик волхва бежал долго и упорно, пока не услышал звук плескающейся воды. Свернув в ту сторону, Матвей вышел на приток реки Яузы. Сбросив с себя одежду, некромаг бросился в воду. Она была очень холодной, и хорошо отрезвляла, приводя в порядок мысли. Вдоволь накупавшись, Матвей вышел из воды, оглянулся назад и увидел розовую полоску света на востоке. Это был конец волшебной ночи имени Матвея и Ирки. Двух существ, без ума любивших друг друга.

+1

29

После ее слов, поведение Матвея резко изменилось. Он отстранился от нее и словно сразу стал каким-то чужим. Сел, оглянувшись на нее через плечо. Взглянул как-то странно, задумчиво, непонятно, а потому страшно. Трехкопейная дева ощутила себя так, точно ее окатили ледяной водой. Волшебство ночи, казалось, бесследно растворилось. Ее нагота, пару минут казавшаяся вполне естественной, сейчас смущала бывшую валькирию. Ученик волхва, точно прочитав ее мысли, а возможно он на самом сделал это, ведь никто не отменял телепатию, накинул на нее одеяло и почти сразу отвернулся, провел рукой по лицу и начал собирать разбросанную по полу одежду. Ирка двумя руками прижимала к груди одеяло. Девушка сидела неестественно прямо, внутреннее напряжение точно превратило ее в туго натянутую струну. Прислушиваясь к себе, трехкопейная дева поняла, что ей безумно хочется разрыдаться. Бывшая валькирия с трудом сдерживалась, чтобы не позвать его по имени, попросить объяснить, что он делает, броситься на шею. Но она не проронила ни звука. И лишь наблюдала за тем, как он молчаливо одевается. Торопливо, точно боясь задержаться с ней хотя бы одну лишнюю минуту. Сбегает, после их первой ночи. Девушка поняла, что ее глушит обида и страх, вызванные непониманием происходящего. В голове мелькнула непрошеная мысль, что ученик волхва, добившись того, чего хотел, получив то, что желал, просто отходит в сторону. От этой мысли душа словно покрылась острой ледяной коркой. Сердце замерло, точно стиснутое безжалостной холодной рукой. Багров направился к двери. Ощущая, себя так, точно внутри нее рушится весь мир, трехкопейная дева низко склонила голову, распущенные волосы спрятали ее лицо. Шаги Матвея, приглушенные ковром, звучали в ее ушах. У выхода он остановился. Девушка продолжала сидеть, низко опустив голову,  прижимая к обнаженной груди одеяло. На нее нахлынуло какое-то странное чувство опустошенности. Шаги приблизились. Ирка быстро вскинула голову, встречаясь с Матвеем взглядом.
- Послушай, я очень люблю тебя. И боюсь потерять. Особенно теперь, когда ты стала трёхкопейной девой, - тяжесть от сердца несколько отступила. Лицо трехкопейной девы просветлело. Кажется, она начала понимать. Матвей подтвердил ее догадку. - И если мне...
- Но, послушай… - попыталась она возразить, но он, приложив палец к ее губам, не позволил ей произнести ни слова. Легкий, нежный поцелуй стал логичным завершением разговора. Тревогу сменило умиротворение. На смену недоверию пришла вера. Хлопнула дверь, по полу пролетел сквозняк. Матвей ушел, но теперь это не вызывало у нее страха. Он вернется. И всегда будет рядом. Несмотря ни на что.
Волоча за собой одеяло, Ирка босыми ногами прошлепала по полу к своей одежде. Безумная ночь уступала место разумному утру. Приняв душ и одевшись, бывшая валькирия устремилась на кухню. На шатком стуле, уютно устроившись, дремал Мик. Заметив хозяйку, он лениво вильнул хвостом. Трехкопейная дева поставила чайник, и переложила недовольно тявкнувшего щенка себе на колени. Рассеяно поглаживая собаку, она врубила свой ноутбук, столь долго оставшийся без хозяйского внимания.
Даже у тех, кого любим, найдётся свой скелет в шкафу. Маленький или большой он  жаждет вырваться из шкафа в самый неподходящий момент, чтобы выставить хозяина шкафа в самом неприглядном свете. И выставит. Рано или поздно. Сможешь ли ты любить, после того, как он выберется из шкафа? Мы смогли.
Вода в чайнике закипала. Неуверенное солнце уже освещало небольшую кухню. Ирка сидела на кухне перед ноутбуком, ожидая знакомого стука в дверь и появления самого дорогого человека.

Отредактировано Ирка (2013-12-16 19:50:15)

+2


Вы здесь » Мир Стражей » [Воображариум] » Даже у тех, кого любим, найдётся свой скелет в шкафу